Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

КАКОЙ ДОЛЖНА БЫТЬ СИБИРСКАЯ КОРОВА?

СУДЬБА СИБИРСКОГО ЛЬНА

Наши контакты:

г. Новосибирск, ул. Немировича-Данченко, 104, офис 230

Тел.: (383) 335-61-41 (факс), +7 913-900-05-75 (директор),

+7 913-941-72-79 (главный редактор Павел Березин)

Реклама:

+7 913-201-66-53 (Оксана),

+7 913-201-41-50 (Наталья),

+7 913-201-42-84 (Светлана)

E-mail: predsedatel@ngs.ru

По вопросам подписки и рассылки обращаться по телефону:

+7 913-201-66-53 (Оксана)

   ЗЕРНОВОЙ РЫНОК СИБИРИ: СИТУАЦИЯ          ПАВЕЛ БЕРЕЗИН О КАТАСТРОФЕ С ЗЕРНОМ               АЧС: К ВАМ ПРИШЛИ - ЧТО ДЕЛАТЬ?       

 

СИБИРСКИЙ ЛЁН: БУДУЩЕЕ ЕСТЬ, НО...
   Почему мы можем выращивать лён лучше всех в мире, но не делаем этого. ПРЕДСЕДАТЕЛЬ продолжает разговор о судьбе сибирской льняной отрасли, о том, почему её колоссальный потенциал, способный полностью преобразить сельскую экономику, не реализуется должным образом.
   
   В №45 журнала было опубликовано интервью вице-президента агрохолдинга «ХОРС» Владимира ЗАЙЧЕНКОВА о тяжёлой ситуации, сложившейся в уходящем году на предприятиях холдинга в Новосибирской области. Сегодня мы приводим мнение ещё одного известного в Сибири профессионала в сфере производства и переработки льна, владельца и руководителя Тогучинской семеноводческой компании Олега КУЗЬМИНА. У Олега Анатольевича – свой взгляд на проблемы льноводства и пути их решения.

 
   Итак, слово – Олегу Кузьмину.
Для начала, коллеги, проведу для вас небольшую экскурсию по предприятиям Западной Сибири, освоившим те или иные технологии, связанные со льном, несколько слов посвящу их продуктам и перспективам их использования. Укажу также причины, из-за которых столь перспективные проекты буксуют на месте.
Основа льняного комплекса нашего региона
ОМСКАЯ ОБЛАСТЬ: ХВАТИЛО БЫ СИЛ
   Ватный завод в Омской области (г. Калачинск) выпускает инновационные медицинские материалы из короткого льняного волокна: отбеленную вату. Особая технология производства ваты позволяет сохранить природные свойства льна, такие как способность предотвращать инфицирование ран и гипоаллергенность. Завод полностью укомплектован оборудованием, предприятие располагает современными сушильными камерами, чесальными машинами, аппаратами для фасовки ватных рулонов, запущен красильный аппарат. Предприятие входит в холдинг «ЛенОм» – это производственный кластер, в котором в одну цепочку связаны все производственные процессы, от выращивания сырья до его глубокой переработки. В структуре холдинга – ООО «Знаменский лён» и заводы по первичной переработке льна в северных районах Омской области.
   КФХ Артемьев М.И. За несколько лет Михаил Иванович чуть ли не с нуля создал огромное по меркам льноводства хозяйство. Оно занимается в том числе и размножением элитных сортов льна, оригинатором которых является Томский институт торфа (см. ниже). Для хранения семян построили огромный ангар, закупили и отремонтировали два десятка льноуборочных машин (правда, ещё советского образца). В старых колхозных корпусах установили бывшее в употреблении и перебранное на сто рядов оборудование первичной переработки льна – не перестаешь восхищаться умению русского мужика делать из... ничего конфетку. Будь у Артемьева возможности, подкреплённые поддержкой государства, трудно представить, насколько масштабных результатов он мог бы достичь.
   КФХ Слесарев. Эти замечательные люди – «технари» по природе, они испытывают и модернизируют льноуборочную технику. Влюблены в лён. Воспользовавшись возможностями, предоставленными правительством Омской области – 80% компенсация затрат на приобретение льноуборочной техники и оборудования, – приобрели новую ивановскую линию по первичной переработке льна. Готовы выпускать хорошее волокно, но не хватает силёнок для постройки надёжных хранилищ льнотресты.
НОВОСИБИРСКАЯ ОБЛАСТЬ: СЛАВНОЕ ПРОШЛОЕ
   Татарская фабрика валяной обуви. Первая в области весной 2001 года начала выпускать льняной войлок по иглопробивной технологии для использования в качестве межвенцовых утеплителей в домах из профилированного бруса и оцилиндрованного бревна. Прекратила работу из-за отсутствия местного сырья – шерсти и льняного волокна.
   Новосибирская хлопко-льняная компания (изначально Новосибирский хлопчатобумажный комбинат НХБК). Выпускала льняную пряжу и лёгкие брезенты. В последний год работы компания выпускала по моему заказу небольшие партии льняных рогожек с силиконовой основой – одна из них у меня в музее под стеклом хранится, и люди с ХБК у меня в Барышево до сих пор работают. Их тоже можно отправлять в музей или на кафедру, чтобы рассказали молодёжи, как надо работать. Компания прекратила работу из-за отсутствия сырья.
   Тогучинский Пенькозавод (позднее Льнозавод). Производил в советское время пеньковое волокно. В последнее десятилетие прошлого века перепрофилировался на производство длинного льноволокна. Все комбинаты европейской части России мечтали получить очень качественное длинное волокно, произведённое Тогучинским льнозаводом. Николай Иванович ПАВЛОВ, директор льнозавода, был на Вологодских выставках самой популярной фигурой из всей Сибирской делегации. Единственное в НСО предприятие, руководство и технический персонал, которого имело профильное высшееобразование по первичной переработке льна. За годы перемен основные средства завода пришли в удручающее состояние, требуют капитального ремонта или замены. В настоящее время, после ряда банкротств и отказа основных льносеющих хозяйств от выращивания льна, совместно с семеноводческой компанией стабилизировали объёмы посевных площадей. Ведётся постоянная работа по увеличению урожайности, внедряются технологии раздельной уборки. Впереди системные и технологические преобразования.
   Льно-Джутовая компания. Начала свою деятельность с производства льняных межвенцовых утеплителей. Компания скоро поняла, что никакого льна в области и окрестностях не хватает для удовлетворения её потребностей в качественном волокне. Начала использовать ещё и джутовое волокно, которое в смеске со льном придаёт нетканому полотну удивительные гигроскопические свойства. В 2010-2013 гг компания освоила две самые современные технологии производства нетканых материалов: это технология термоскрепления холста с помощью бикомпонентного полиэфирного волокна и аэродинамическая технология формирования холста. Для этих целей специалистами компании, совместно с китайцами и итальянцами, были разработаны, построены и запущены в производство не имеющие аналогов в мире две производственные линии по выпуску термоскрепленных межвенцовых и стеновых утеплителей. Качество этих продуктов заслуженно оценено рынком. Село Барышево Новосибирского района НСО благодаря этим продуктам знают во всей стране; компанию активно поддерживает администрация района. Развитие компании тормозит нехватка короткого льноволокна, а также нехватка земли для строительства новых производственных и складских помещений.
АЛТАЙСКИЙ КРАЙ: ЗНАЕТ ВСЯ ЕВРОПА
   Бийская льняная компания (Бийский льнокомбинат). Уникальность этого предприятия в том, что оно самостоятельно, ещё в девяностые годы, решило проблемы сырьевой безопасности путем самостоятельного возделывания льна на своих землях. Сейчас на полях компании работает только импортная льноуборочная техника, осваиваются самые передовые технологии. Для нашего региона это учебник по льноводству, который надо изучать, анализировать и применять только то, что подходит к вашим условиям. Я очень благодарен Льву и Константину КАЛЕНОВЫМ за их опыт и знания, которыми они поделились со мной. Этих людей знает в лицо вся льняная Европа.
ТОМСКАЯ ОБЛАСТЬ
Сибирский НИИ сельского хозяйства и торфа – единственная за Уралом лаборатория, занимающаяся созданием новых сортов льна-долгунца. Уже в нынешнем веке селекционерами института создано 23 новых сорта льна-долгунца, в том числе три – за последние шесть лет: ТОСТ 4, ТОСТ 5 и Памяти Крепкова. Сегодня в Госреестре селекционных достижений РФ находится восемь сортов томской селекции. Томские сорта отличаются высокой продуктивностью по соломке и семенам, высоким содержанием волокна, технологичностью и пригодностью к современной переработке. На основе томских сортов создано более 40 новых сортов и гибридов льна-долгунца в Голландии, Франции, Беларуси, России.
*****
   Вот, пожалуй, основной список тех предприятий и людей, которые составляют основу льняного комплекса нашего региона. Нас всех объединяет одно – вера и любовь к этому удивительному растению, дающему человеку уют в доме, комфортную постель и одежду, масло и продукцию специального назначения. Ещё нас объединяют и общие проблемы, с которыми мы героически боремся, но, похоже, они нас начинают побеждать – ведь их так много, а нас все меньше и меньше.
 
Льняной «пирог»
   Структура льняной отрасли представляется мне в виде пирога, основой которого является «корж» – льняное поле с определённым состоянием и степенью подготовленности земли, со своим «кремом» из семенного материала, с «приправами» в виде уборочной техники.
   Далее идёт «корж» первичной переработки льна. Основными «ингредиентами» этого слоя является инфраструктура и техническая вооруженность льнозаводов – от её эффективности зависит стоимость и качество производимого продукта.
   Рецепты «слоёв пирога» каждый холдинг, каждая область или каждый инвестор выбирает по своему вкусу: кто на чем специализируется, какую рыночную нишу для себя определяет.
Общей проблемой льняной отрасли России в настоящее время является нехватка качественного сырья. Эта проблема пронизывает отрасль насквозь: сельхозпроизводители не поставляют на льнозаводы качественную, по приемлемой цене и в нужных объёмах льнотресту; льнозаводы в свою очередь не могут обеспечить комбинаты качественным длинным волокном, не хватает сырья и на фабриках по производству утеплителей и других нетканых материалов из короткого льноволокна. Все переработчики вынуждены закрывать дефицит сырья за счёт импортных поставок – в основном за счёт джута, что в настоящее время при таком курсе доллара очень накладно.
   Казалось бы, вот вам шанс, льноводы: занимайте нишу, замещайте импорт! Поставляйте на экспорт своё волокно – будете иметь сверхприбыли, как нефтянка, как царская Россия! Но, к сожалению, сделать этого мы уже не сможем, по крайней мере, в ближайшие несколько лет.
   Почему сложилась такая ситуация? Как увеличить производство льноволокна, что необходимо для этого сделать? Как государство может стимулировать эти процессы? На эти и многие другие вопросы я хочу попробовать ответить.
   Некоторые проблемы были затронуты В.Зайченковым в предыдущей статье ПРЕДСЕДАТЕЛЯ в июне этого года – их тоже включим в перечень.
Проблем всё больше, нас – всё меньше
Проблема 1. ЗЕМЛЯ
   Казалось бы, странная для России проблема нехватки земли может стать ключевой в вопросе развития льноводства. За последние 15 лет в отрасли произошёл серьёзный передел собственности, многие льнозаводы переходили от собственника к собственнику по нескольку раз. Возникли вертикально интегрированные компании, в которых ведущую роль играет конечный переработчик, производящий готовый продукт для широкого рынка.
   Эти компании на свои деньги или деньги инвесторов покупали в основном заводы первичной переработки льна. Но, купив завод, инвесторы не получали возможности выращивать лён для себя. Льнозаводы, как правило, не владели землями сельхозназначения. Вся земля, на которой выращивался лён, принадлежала колхозам и совхозам, которые вообще перестали существовать – появились фермеры, крупные и средние сельхозпредприятия. Крупные хозяйства стали специализироваться – и понемногу сокращали посевные площади под лён.
   Например, знаменитое хозяйство «Политотдельское» в Тогучинском районе всегда выращивало 200 га льна, специализировалось в основном на семенах. В определённый момент хозяйство оценило, что не хватает кормовой базы, и отказалось от возделывания льна в пользу зерновых и кормовых культур.
Мелкие и средние фермеры при наличии хороших субсидий ещё сеяли лён, но у них не было уборочной техники – заботы по уборке льна полностью ложились на плечи льнозаводов. Снижение дотаций на лён привело к полному отказу фермерских хозяйств от этой культуры. Конечно, что не в одних дотациях дело – сложными вопросами при такой схеме работы были и обеспечение фермера семенами, и цены на семена, и стоимость услуг льнозавода по уборке, и сроки расчётов за тресту и т.д. Скажу одно – хорошо, что эта схема больше не работает – она не была выгодна никому, а выплачиваемая государством субсидия не шла на развитие льноводства. У хозяйств и фермеров не было интереса развивать отрасль.
   Чтобы не остаться без сырья, владельцы льнозаводов были вынуждены всеми правдами и неправдами выкупать близлежащие земли в любом состоянии, зачастую используя для финансирования этих покупок свои оборотные средства и краткосрочные кредиты. В своей статье В. Зайченков указывает именно эту причину, ставшую одним из факторов финансовых сложностей компании.
При этом профильный Россельхозбанк, декларируя в своих проспектах кредитное финансирование на покупку с\х земель, на самом деле всячески открещивается от предоставления данной услуги.
Проблема 2. ТЕХНОЛОГИЯ УБОРКИ
   Приведу выдержку из статьи Зайченкова В.А: «У сибирских производителей для заготовки льна есть не так много времени, лучше всего вытеребить до начала сентября. Главное, чтобы в это время не начались дожди. Все ждут до последнего. Семена подходят позже, хозяйствам приходится ждать их созревания. Идут ва-банк: либо ты с волокном, но без семян, либо соберёшь и то и другое, либо – ни того, ни другого. Здесь как кому повезёт».
   Обычно не везёт. Вот так помыкается хозяйство год другой, и пошлёт лён куда подальше. С пшеничкой проще: вырастил, убрал за один проход, сдал, получил. Со льном совсем другая история: одних операций на поле больше пяти: теребление, обмолот, оборачивание (его, правда, некто сейчас не делает – из-за этого и качество волокна плохое), рулонная уборка, погрузка и вывозка. Всё это в разные сроки и на различной технике. Не каждое хозяйство сможет освоить все эти премудрости.
Пояснение: в Европе, Белоруссии и центральных районах нашей страны уборку льна ведут в основном после созревания семян, в условиях длинной и тёплой осени у тресты есть время хорошо вылежаться, а у аграриев – убрать её в хорошем состоянии. У нас в Сибири такое счастье может выпасть раз в десять лет. Поэтому самая надёжная технология уборки льна – на волокно и на семена раздельно. Основную часть посевных площадей в районе (допустим, 1000 га), предназначенных для получения волокна, можно начинать теребить в стадии жёлто-зелёной спелости в последнюю декаду июля. Тогда подошедшая к сентябрю треста спокойно рулонится и вывозится на завод при благоприятных погодных условиях. Хорошая треста позволяет вырабатывать на льнозаводе льноволокно высокого качества.
Семенная же часть посевных площадей (предположим, 400 га) теребится в сентябре, после полного созревания семян. При таком соотношении между семенными участками и участками на волокно можно соблюдать в районе семенной баланс, поддерживать стабильный объём посевных площадей и обеспечивать местный льнозавод качественным сырьем.
   В Бийской льняной компании эту ситуацию поняли давным-давно, и даже не пытались выращивать лён на семена. Полученной от продажи волокна прибыли хватало для закупки крупных партий хороших семян в Европе. В нашей области опыт Бийска никто не применяет, все хотят получить и семена, и волокно. К сожалению, это невозможно, и находясь почти на тысячу километров севернее Бийска, мы каждый год вновь и вновь идем ва-банк …
   У себя в Тогучинском районе еще в 2011 году мы попытались внедрить значительно модернизированную «бийскую» схему снабжения хозяйств семенами. Только в качестве источника семян рассматривали не дорогую и далёкую Европу (хотя и туда ездили за опытом), а собственную районную семеноводческую компанию, которая будет специализироваться на производстве качественных сортовых семян. Производимые компанией семена должны были передаваться хозяйствам для посева льна.
   Всё закончилось тем, что хозяйства не смогли рассчитаться за семена: им просто не хватило доходов от продажи тресты (урожайность, техника, услуги...). Выводы тогда мы сделали следующие: в каждом льносеющем районе области наряду с льнозаводом должна существовать организация, специализирующаяся на выращивании семян; в районе должен иметься свой оборотный и страховой семенной фонд. Также нужна господдержка для льносеющих хозяйств, возделывающих лён на волокно, в виде компенсации стоимости приобретаемых семян. В этом случае хозяйство не будет беспокоиться о сборе семян, а все силы направит на получение качественной тресты. Не надо будет каждый год рисковать всем урожаем ради того, чтобы на следующий год обеспечить себя семенами.
Разделение льносеющих хозяйств на чисто семеноводческие и возделывающие лён на волокно значительно облегчит и решение вопросов технического перевооружения отрасли.
   Очевидно, что хозяйствам, не заинтересованным в сборе семян, не нужны льнокомбайны, им достаточно льнотеребилок – а это уже совсем другие капиталовложения. К тому же в России стали появляться отечественные неплохие навесные агрегаты: их производят удивительные энтузиасты в единичных экземплярах, но появись небольшой спрос – и они смогут их тиражировать и модернизировать, постепенно доведя до совершенства. И это будут СВОИ машины, понятные для любого тракториста и слесаря, которые можно прицепить к любому имеющемуся в хозяйстве трактору, отремонтировать в поле, а не ждать ремонтную бригаду из Франции.
*****
В следующем номере журнала подробнее поговорим о техническом обеспечении льноводства, о грамотных инструментах финансовой поддержки, а также о том, что нашим властям пора по-новому взглянуть на роль льнозаводов в жизни этой отрасли.
 
СИБИРСКИЙ ЛЁН: будущее есть, но...
Часть вторая
Продолжение статьи руководителя Тогучинской семеноводческой компании Олега КУЗЬМИНА о проблемах сибирского льноводства и о том, можно ли вытащить эту перспективную отрасль из системного кризиса (начало в ПРЕДСЕДАТЕЛЕ №50 и на сайте predsedatel-apk.ru).
Итак, в советские годы в льноводстве было принято, что за сбор созревшей тресты на поле и её вывозку на льнозавод отвечало не хозяйство, а льнозавод. Все работники бюджетной сферы с ужасом вспоминают, как их в советские времена отправляли вручную поднимать и вязать лён. В иные годы до двухсот человек привлекались для выполнения этих задач.
Конечно, сейчас всё поменялось, и командными методами уже никого не заставишь работать. Но принцип отнесения ответственности за своевременный и качественный сбор тресты на льнозавод, я считаю, был самым правильным: ведь именно льнозавод заинтересован в хорошем сырье для своего производства.
Техника: в музей, говорите?
Что касается техники, то для сбора льняной тресты в современных реалиях очень подходят самоходные пресс-подборщики, производимые в Бельгии и Франции. К сожалению, на постсоветской территории таких машин вообще не производилось, поэтому отечественных аналогов и конструкторских разработок просто нет. Тогда было не принято, чтобы оснащённая двигателем машина работала только один месяц в году. Имея в своем распоряжении десяток самоходных пресс-подборщиков, льнозавод был бы в состоянии убрать любые имеющиеся в районе посевные площади льна.
Самый сложный и капиталоёмкий вопрос – это техническое обеспечение качественной и быстрой уборки семян. Определив курс на разделение задач между хозяйствами района, мы уже договорились, что за семена отвечает отдельное хозяйство. Его главная задача – взять как можно больше семян. При этом сбор тресты это хозяйство мало волнует (все затраты по полям оно относит на себестоимость семян). Треста для этого хозяйства является дополнительным бонусом: сможет убрать её весной – хорошо, не сможет – останется лишь без дополнительной прибыли.
Проблему сбора семян можно решить, по мнению руководителя «ХОРСа» Зайченкова, лишь имея мощные современные комбайны, тоже французские и бельгийские. Стоимость одной такой машины, способной, там, в Европе, убрать 200-250 га за сезон, – 380 тысяч евро (цифра, соизмеримая с суммой годовой поддержки всей отрасли из бюджета НСО в 2013 году). Огромные деньги при непонятном результате, ведь эта огромная машина весом больше 10 тонн и с гидроприводом на все колёса может в наших погодных условиях на наших чернозёмах до поля и не доехать, или навсегда там завязнуть.
Из статьи в ПРЕДСЕДАТЕЛЕ о проблемах «ХОРСа» (см. №45 в бумажном варианте или на сайте predsedatel-apk.ruприм. ред.) :«Всё, что имеем – это небольшие прицепные агрегаты, при виде которых французский фермер теряет дар речи: «А это что у Вас, спрашивает, – музейный экспонат?…».
Нет господа, это не экспонат – это машина времени, вы вернулись на 80 лет назад, на ферму своего деда, который привез из СССР это уникальное и современное приспособление для уборки льна. Мы и сегодня, в XXI веке, успешно убираем лён этими машинами, и семена не хуже иностранных, и ремонтируемся «на коленках».
Стоимость такой машины по нынешнему курсу миллиона полтора будет, Белоруссия их штампует даже с буковкой «М». Двадцать таких машин взамен французского чуда на поле смогут всю нашу область обеспечить семенами, конечно, если мы будем заниматься работой, в том числе структурными преобразованиями в отрасли, а не тянуть одеяло на себя и не витать в облаках в сложных экономических условиях. Вот, собственно, и все вопросы технического перевооружения: главное выбрать правильный вектор, а там уже дело за финансами.
Финансы: банку должно быть выгодно
Самый сложный для нас, льноводов, вопрос – это финансовая поддержка, точнее её отсутствие. Пожалуй, соглашусь с В. Зайченковым, что «страшнее наших банков с их процентами для сельской экономики ничего не придумаешь». Но не соглашусь в другом, что «всё зависит от банков – пойдут ли они навстречу? Конечно, не пойдут, ведь банки – это рыночные институты, нацеленные на получение прибыли за счет финансовых операций, в том числе кредитов».
Сотрудничество с отраслью для банка должно быть выгодно, через него должны проходить все финансовые потоки, вся господдержка. Но и банки при этом должны обеспечивать предприятиям отрасли текущую работу, финансирование технического перевооружения через длинные кредиты и лизинговые операции, торговые и импортно-экспортные операции.
Поиск достойного банка-партнёра для нашей отрасли – это на сегодня самый актуальный вопрос. Решить его можно только областной отраслевой программой, написанной совместно правительством области, ВСЕМИ льноводами и льнопереработчиками, производителями льноуборочной техники, включая импортную, и финансовыми институтами, заинтересованными в работе со столь специфической отраслью российской экономики.
Льнозаводы: мы и промышленность, и АПК
Странным образом в начале XXI века льнозаводы незаслуженно потеряли свою значимость в нашей отрасли. Во всех «льняных» госпрограммах никогда не было ни слова о поддержке льнозаводов. Минсельхоз всячески открещивается от их поддержки, мотивируя тем, что, мол, льнозаводы – это уже не сельское хозяйство (?!!). Со стороны структур, курирующих промышленность, звучат другие отговорки: ну, какая вы там промышленность?!
Как руководитель льнозавода скажу: мы и сельскохозяйственное и промышленное предприятие. Выше я останавливался на ответственности за уборку урожая тресты. Это еще не всё: в нашем районе льнозавод отвечает за наличие и исправность льноуборочной техники, за химпрополку и семена, за вывозку урожая с поля и его хранение в необходимых условиях. А как промышленное предприятие мы ведём производство готовой продукции круглый год.
Выпускаемое волокно поставляется для дальнейшей переработки на другие предприятия отрасли. В процессе работы мы эксплуатируем серьёзные энергетические установки, постоянно работает мехцех, сложные системы пневмотранспорта и промышленной вентиляции. На предприятии работает более 50 человек, для которых необходимо создавать качественные условия труда и быта.
В такой ситуации, когда предприятие сложно отнести к той или иной категории, находимся не одни мы: я думаю, что у молзаводов, переработчиков сахарной свёклы и даже у виноделов похожие проблемы. Всех нас можно отнести к одной категории: переработчики сельскохозяйственного сырья. У нас особая миссия: мы являемся связующим звеном между сельхозпроизводителем и конечным потребителем на рынке. И конечно же, такие предприятия должны иметь особые преференции со стороны государства в налоговом и финансовом плане.
Если говорить о нашем Тогучинском льнозаводе, то ситуация сложная. Последние десять лет завод решал задачу – как не остаться без сырья. Все усилия были направлены на освоение арендованных земель, обеспечение себя и хозяйств района качественным семенным материалом, ремонт и покупку льноуборочной и почвообрабатывающей техники. С поставленной задачей мы справились – льнозавод больше не останется без сырья. Но, все эти усилия отвлекли значительные финансовые ресурсы от самого льнозавода, отразившись на его техническом состоянии.
Особенно изношенными на сегодня являются котельная, системы пневмотранспорта и аспирации, бытовые помещения и корпус производственного участка требуют капитального ремонта. Кроме этого стоит задача глубокой модернизации работающего оборудования, а в некоторых случаях и полной его замены. К сожалению, работающий с неполной загрузкой (порядка 40% от проектной мощности) льнозавод не сможет самостоятельно справиться со всеми существующими проблемами. Поэтому, разрабатывая предложения для региональной программы поддержки льноводства, я особое внимание уделил вопросам поддержки именно льнозаводов как главного участника льняной отрасли.
Госпрограмма: увидеть «незасвеченных»
Находясь на ежегодной сельскохозяйственной выставке, я беседовал с руководителем крупного хозяйства. К нам подошел корреспондент какого-то СМИ и спросил: «Какой вопрос вы бы задали губернатору?» Мой собеседник ответил, что в нынешней ситуации стыдно что-либо просить – надо дело делать, рассчитывая прежде всего на себя. Трудно не согласиться.
Есть и другие примеры, когда предприятия только и ждут, когда им государство выделит очередную сумму на развитие или компенсирует затраты за выращивание льна на волокно. Был у нас в районе такой руководитель «льноводческого» хозяйства. Однажды даже забыл, на каком поле у него растет лён, принеся первым в районе справку в орган статистики для получения субсидии. Есть и другие, более масштабные проекты, которые, несмотря на государственную поддержку, закончились банкротствами по причинам перманентно плохой погоды и несговорчивости банков-кредиторов.
Все это говорит лишь об одном: государство не должно поддерживать отдельные предприятия и холдинги, оно должно создавать конкурентные и одинаковые условия для всех участников отрасли. Чаще всего для этих целей и создаётся региональная программа поддержки. В её разработке должны принимать участие все независимые участники рынка и ответственные работники министерств. Программа должна учитывать интересы не только крупных холдингов, но и мелких участников.
Я на протяжении нескольких лет предлагаю создать совместную рабочую группу для выработки сначала концепции, а затем и самой программы. К сожалению, пока меня не услышали. Надеюсь, что новое руководство министерства перестанет принимать программы, написанные под диктовку «засвеченных» участников рынка. В первой части своей статьи я специально сделал обзор тех, кто обычно остаётся за дверями кабинетов, «не засвеченных» льноводов: поверьте, их потенциал гораздо выше!
Ещё несколько слов о концепции программы: в условиях ограниченности бюджетных возможностей существует ведь множество вариантов стимулирования без прямого финансирования. Льнозаводы не могут получить длинные кредиты на покупку оборудования и земли, не хватает залоговой базы. А если под государственные гарантии? Давайте обсудим этот механизм: при разумном подходе бюджет может даже пополниться.
О проблеме нехватки сырья я уже говорил. Огромным потенциалом роста объёмов посевных площадей льна обладают мелкие и средние фермерские хозяйства. В настоящее время они перебиваются, в основном, на зерновом рынке, не имея при этом возможностей ни сохранить урожай до периодов благоприятных цен, ни поставить его в другие регионы. Выращивать лён в небольших объёмах – 50-100 га – фермеры могли бы, и им это было бы намного выгоднее, чем выращивать зерновые, но у них нет, ни семян, ни уборочной техники. Обеспечивать фермеров семенами может семеноводческая компания, но при условии компенсации стоимости семян. А вовремя убрать тресту сможет льнозавод, который в состоянии закупать самоходные пресс-подборщики при определённых условиях лизинговых компаний и своевременной компенсации за счёт программы.
P.S. Ситуация в сибирском льноводстве действительно очень серьёзная, но к счастью, ещё есть профессионалы, которые являются носителями технологии возделывания и переработки льна. Это значит, что есть немного времени, чтобы остановить процесс и изменить его вектор.
Центральную площадь в Брюсселе, на которой расположена правительственная резиденция страны, с трех сторон окружают множество очень узких – в три окна и несколько этажей – зданий. В них располагаются представительства различных профессиональных ассоциаций: пивовары, сыроделы, машиностроители – в том числе и льноводы. Сделано это для того, чтобы власти не забывали о существовании множества участников любой из отраслей; чтобы принимаемые ими решения помогали развиваться отрасли в целом, а не отдельным её участникам. От имени всех участников рынка могу сказать, что мы готовы к диалогу с властью с целью выработки общих, выгодных для всех, в том числе и для государства, правил работы. Только вместе, в согласии мы сможем сохранить отрасль и защитить государство.
Журнал ПРЕДСЕДАТЕЛЬ со своей стороны предлагает заинтересованным сторонам и профессионалам продолжить обсуждение проблем сибирского льноводства. Пишите нам, высказывайте своё мнение: predsedatel@ngs.ru

 

 

Журнал ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ©

Все права защищены. Перепечатка или использование информации разрешаются только с письменного согласия главного редактора журнала ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Нарушение авторских прав будет преследоваться по закону