Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

КАКОЙ ДОЛЖНА БЫТЬ СИБИРСКАЯ КОРОВА?

СУДЬБА СИБИРСКОГО ЛЬНА

Наши контакты:

г. Новосибирск, ул. Немировича-Данченко, 104, офис 230

Тел.: (383) 335-61-41 (факс), +7 913-900-05-75 (директор),

+7 913-941-72-79 (главный редактор Павел Березин)

Реклама:

+7 913-201-66-53 (Оксана),

+7 913-201-41-50 (Наталья),

+7 913-201-42-84 (Светлана)

E-mail: predsedatel@ngs.ru

По вопросам подписки и рассылки обращаться по телефону:

+7 913-201-66-53 (Оксана)

   ЗЕРНОВОЙ РЫНОК СИБИРИ: СИТУАЦИЯ          ПАВЕЛ БЕРЕЗИН О КАТАСТРОФЕ С ЗЕРНОМ               АЧС: К ВАМ ПРИШЛИ - ЧТО ДЕЛАТЬ?       

Снесу вам яичко не золотое – простое!

   Начиная с 80-х годов прошлого века, западные птицеводы, словно гоночный пелотон, оставили позади остальных участников «заезда» и продолжают увеличивать отрыв. Можно ли включиться в эту гонку? Мнения опрошенных журналом ПРЕДСЕДАТЕЛЬ специалистов разделились.

   Российские птицеводы знакомы с транснациональными генетическими компаниями не хуже своих зарубежных коллег. Конечно, специалисты со стажем могут вспомнить кроссы племзаводов «Птичное», «Смена», «Русь», но молодым выпускникам вузов уже проще говорить о разработках Aviagen, Cobb-Vantress, Hendrix Genetics, Hubbard, Groupe Grimaud, Novogen, Lohmann Tierzucht.

   Радующее потребителей сегодня яичное и куриное изобилие – результат успешного вхождения России в систему международной кооперации. Правда, повышение продуктивности и снижение себестоимости яиц и мяса бройлеров базируется на генетических достижениях, увы, не российских, а голландских, немецких, французских и американских учёных.

 

Слезть с импортной «иглы»

  Главным идеологом возрождения отечественной селекции в птицеводстве можно с полным основанием считать директора Всероссийского научно-исследовательского и технологического института птицеводства (ВНИТИП) Владимира ФИСИНИНА. Академик РАСХН, соавтор известных российских кроссов – «Смена», «Конкурент», «Сибиряк», «П-46», «Родонит», «Птичное», – он активно продвигает идею нацпроекта по выведению в России «чистых линий», из которых в результате скрещивания можно получить здоровый российский гибрид. За научную часть готовы отвечать специалисты ВНИТИП, финансовую поддержку должен взять на себя госбюджет.

   Правительство РФ и Минсельхоз давно обсуждают возможность создания селекционных центров на территории страны, опасаясь отказа со стороны мировых гигантов продавать российским аграриям свой генетический материал. Да, в современной истории подобных прецедентов не было, однако...

   На совещании 17.10.2014 года у председателя Правительства РФ по вопросу «О мерах по развитию животноводства и малых форм хозяйствования» были даны поручения проработать вопрос ускоренного развития селекционно-генетических центров. Выполняя его, Росптицесоюз представил в Минсельхоз РФ предложения по созданию пилотных селекционно-генетических центров по мясным и яичным курам, уткам, гусям и индейкам на базе ведущих племенных предприятий.

   Главная интрига заключалась в том, кому из действующих компаний достанутся многомиллиардные субсидии. 20 апреля этого года в СМИ попала информация, что одним из участников проекта по производству российских кроссов станет «Краснояружская зерновая компания» и её материнская компания «Приосколье». Новость озвучил губернатор Белгородской области Евгений САВЧЕНКО.

   – В производство будут вложены деньги федерального бюджета, средства «Приосколья» и других белгородских предприятий. К научной части будут привлечены специалисты ВНИТИП – им руководит доктор сельскохозяйственных наук Владимир Фисинин, проект уже на старте. Мы не останавливаемся, всё время думаем, где ещё кого-то «заместить» из иностранцев. Нужно, чтобы было своё, да еще и другим странам доставалось, – сказал глава региона.

   Однако сам Владимир Фисинин эту информацию не подтверждает.

   – В Белгородской области селекционного центра не будет, – сказал он, отвечая на вопрос нашего журнала. – Место определено: это племзавод «Смена» Московской области, однако о начале проекта говорить рано, распоряжения правительства о выделении средств пока нет.

   Обязательно ли вкладывать деньги в собственную селекцию? Ответ не очевиден. Многие страны обходятся закупкой кроссов за рубежом, ведь передовая генетика – удовольствие не из дешёвых. Плюсы импортозамещения – снижение риска перебоя в поставках и барьер на пути опасных инфекций. Но не только. Учёные подобных центров оказывают услуги по диагностике заболеваний птицы, выполняют исследования качества кормов и продукции птицеводства, анализируют результаты селекции птицы и т.д. Они же ищут ответы на проблемные вопросы, например, как уменьшить остеопороз или избавиться от птичьего каннибализма. Кстати, в работу центров вовлечены университеты, кафедры и конкретные учёные вместе со студентами. Главное – не где ты работаешь, а насколько ушёл вперёд в изучении проблемы, готов ли предложить эффективное решение.

 

Птичники придётся строить заново

   – Китай производит 13 млн т мяса на тех же кроссах, что и мы: «Росс», «Кобб» и так далее. Бразилия, Япония, а также ряд стран не имеют своих кроссов, при этом вполне благополучно работают, – говорит Владимир Фисинин. – Решение председателя правительства о присоединении племзаводов к нашему научному центру ожидаем к июню, но о деталях говорить рано. Во всяком случае, дело сдвинулось. Всего будет образовано пять генетических центров, где будут создаваться исходные линии и появятся новые кроссы мясных и яичных кур, индеек, водоплавающей птицы, и один – по сохранению генофонда. Проект был представлен президенту России, но главное – выделение денег на строительство. Говорят, что учёных не осталось. Это не так, они есть.

   Ещё в 2000-м году 56% наших бройлерных фабрик работало на отечественных кроссах – «Смена», «Барос», «Русь» и других. Да, к 2006 году их доля снизилась до 17%. Сегодня заметно отстала материально-техническая база, работа в основном ведётся с зарубежными кроссами. При этом 98% инкубационных яиц мы производим в России. ВНИТИП располагает коллекцией из 74 пород, каждая со своим генетическим «портретом». На племзаводе «Смена» удалось сохранить восемь исходных линий, сегодня испытываем новый кросс. С нами готовы работать зарубежные специалисты, селекционно-генетические центры будут создаваться на интегрированной основе с крупными международными компаниями, но о конкретных планах говорить преждевременно.

   Генеральный директор ООО «БАЛТ ИЗА» (партнер Groupe Grimaud и HUBBARD SAS) Геннадий СЪЕДИН подтверждает, что у российской генетики в своё время были неплохие шансы побороться за место на рынке, а сохранившиеся до сегодняшнего дня линии птиц можно использовать при создании новых перспективных кроссов. Правда, без достижений зарубежной генетики, считает он, всё же не обойтись.

   – 25 лет назад в аспирантуре я работал в ГППЗ «Большевик», и мы как раз обновляли наши отечественные кроссы, чтобы они могли конкурировать с импортными, – рассказывает Геннадий Съедин. – Был «Бройлер-6», и не только он. Если бы не прекратилось финансирование, отставание было бы гораздо меньше, чем сейчас, и тем не менее на том же «Большевике» использовали прилитие линий «Росс» и «Арбор».

   До 90-х годов в России работало пять селекционных центров (госплемзаводов), снабжавших российские птицефабрики. Однако, потеряв господдержку, они обанкротились и были закрыты. Исключение – ППЗ «Смена».

   – Сохранившиеся в «Смене» линии можно использовать, – добавляет Геннадий Съедин. – Однако прилитие новых линий обязательно, и конечно же, технологии 20-летней давности сегодня уже неэффективны. Со старыми способами оценки птицы и отбора лучших ждать результатов придётся слишком долго, за это время конкуренты уйдут далеко вперёд. Требуется размножать с улучшением качества. Если раньше по некоторым признакам шаг селекции был не менее года, то сейчас у таких компаний как «Авиаген», «Хаббард», «Хендрикс Дженетикс», «Кобб-Вантресс» за полгода уже выходит птица с улучшением качественных показателей. Проект будет развиваться на базе «Смены», предприятие работает, тем не менее придётся многое строить заново, как на репродукторе первого порядка в Белгородской области.

«Приосколье» – шикарный проект, думаю, такого нет даже в Европе, – репродуктор построен по самым высоким меркам санитарии: учтена зона ветров, каждая зона по четыре птичника стоит в поле на большом удалении, ближе нескольких километров птицы нет вообще. Однако для селекционно-генетического центра скопление птицы, такое как в Белгородской области, слишком большое, это опасно. Для генетических центров нужно меньше птицы, чем для репродукторов первого и второго порядка, и сами они должны быть компактнее, но при этом обеспечены современным оборудованием.

Экономика на первом месте

   Одной из причин низкой конкурентоспособности отечественной продукции считается сравнительно небольшая мощность российских предприятий. При малом поголовье заводы не могут обеспечить поставки крупных партий племенного материала, необходимых для крупных холдингов, поэтому инкубационные яйца и молодняк приходится завозить из-за рубежа. Вместе с тем, специалисты поясняют, что проблема не только в этом.

   – Российских кроссов сегодня по существу нет, – говорит главный зоотехник-селекционер ЗАО Птицефабрика «Ново-Барышевская» Владимир ГОЛУБЕВ. – В мясном птицеводстве есть кросс «Смена», а вот в яичном птицеводстве, можно сказать, ничего не осталось. На мой взгляд, отечественные наработки не могут конкурировать в промышленном птицеводстве с западными. На Западе очень глубокая селекция, уровня последних достижений инженерной генетики. Дело не в цене импортных яиц или цыплят. Сегодня мы просто не возьмёмся разводить экзотические породы – «Адлерскую серебристую», «Московскую чёрную» или другие, – поскольку они хуже приспособлены для промышленного птицеводства и не дадут того экономического эффекта, который мы можем получить используя, например, «Хайсекс».

   На сегодняшний день схема полностью отработана. Свердловский племрепродуктор по яичным курам как центр размножения покупает на Западе прародительское стадо, скрещивает четыре линии и получает двухлинейные формы, обеспечивая практически всю РФ родительским стадом. Мы покупаем суточных родителей – курочек и петушков, выращиваем и скрещиваем между собой, используя искусственное осеменение. Полученные финальные гибриды, курочек промышленного стада, продаём покупателям от Магадана и Комсомольска-на-Амуре до Костаная и Душанбе. Совершенствование кроссов, т.е. работу по постоянному улучшению птицы, ведёт фирма-производитель, в данном случае «Хендрикс Дженетикс». В РФ завозят прародителей из Голландии, Франции и т.д., так как фермы компании могут быть размещены где угодно, однако механизм работает чётко.

   Конечно если бы не конкуренция, птицефабрики вполне могли бы работать на отечественных кроссах, однако сегодня на полках крупных супермаркетов сталкиваются бройлеры, привезённые из разных регионов, поэтому отказаться от зарубежных гибридов означает стать аутсайдером продаж. Селекционный центр, получающий господдержку, может себе позволить любые эксперименты, однако в финале однодневных цыплят ждёт жёсткий отбор, ведь каждая птицефабрика готова работать только на лучших образцах.

   Если говорить о последних отечественных мясных кроссах, в начале двухтысячных предприятия Сибири ещё использовали птицу финального гибрида кросса «Сибиряк», который поставлял СИБНИИП. Я застал такую птицу на предприятии сразу после института, – отмечает заместитель генерального директора ЗАО Птицефабрика «Октябрьская» Антон САВЕЛЬЕВ. До недавнего времени крупные предприятия использовали бройлерный кросс «Смена» – достойный продукт отечественной селекции с прилитием генетического материала английского кросса «Росс 308», ППЗ СГЦ «Смена». Переход птицефабрики «Октябрьская» на племенной материал «ISA», а затем «GroupeGrimaud» и «HUBBARDSAS» был связан с началом работы репродуктора ППР «Лебяжье» и поставками данной птицы, основным достоинством которой является использование мини-курочки в родительских стадах, а это более низкая конверсия, лучшая сохранность и эффективное использование производственных площадей, что дало значительную фору в экономике производства по сравнению не только с отечественными кроссами, но и с другими кроссами европейской селекции. Да, эта птица не демонстрирует лучшие показатели по темпам роста и выходу грудки, но органолептические качества её мяса для нас как для производителей полуфабрикатов и колбасных изделий в приоритете.

   В яичном же направлении ещё раньше появились предприятия, работающие на «Ломан», «Хайсекс», т.к. российские гибриды промышленной несушки заметно уступали зарубежным. Тот же «Родонит» был достаточно устойчив к современным промышленным условиям, но конверсия корма была огромной, и здесь экономика сказала свое слово. В птицеводстве, как и в других отраслях, потребителю была дана возможность сравнить, и выбор оказался не в пользу нашего производителя. Мы мониторим рынок племенной продукции, готовы рассмотреть то, что смогут предложить российские селекционные центры. Если будет высокое качество – в первую очередь – и конкурентоспособная цена, мы – только за.

 

Российской птице – российские витамины

   Специалисты говорят и о других проблемах отрасли. Россия отстаёт в производстве оборудования, витаминов, аминокислот, ветеринарных препаратов (вакцин), – всё это приходится приобретать за рубежом. Снижение курса рубля позволило отечественным птицефабрикам выигрывать конкуренцию у зарубежных поставщиков мяса птицы, но, с другой стороны, обернулось повышением цен на ввозимые товары.

   – Чтобы мясо птицы было более дешёвым, необходимо заниматься не только российскими кроссами, но и кормами. В РФ можно приобрести зерно, рыбную муку и другие белковые добавки, а аминокислоты, витамины в РФ просто не производят, всё идет с Запада. И здесь ощутимый рост цен, влияющий на себестоимость. Почему бы не заняться их производством? – говорит Владимир Голубев. – Пользы от этого было бы не меньше, чем догонять генетику. Можно говорить красивые фразы, но в реальности генетика для нас – малоперспективное направление, потому что западные фирмы ушли далеко вперёд. Нашим учёным не хватает оборудования, даже простой электронный микроскоп приобрести – и то проблема. Ещё одно важное направление – создание независимых контрольно-испытательных станций, где можно было бы в одинаковых условиях сравнить разные образцы, облегчив тем самым выбор покупателя. Монополистам рынка этого не нужно, однако для отрасли – это важный вопрос. Были попытки открыть такие станции в Омске и Загорске, но как-то не получилось.

   – Что касается племенного направления в птицеводстве, то нужна более ощутимая поддержка со стороны государства интеллектуальной составляющей данной отрасли, – считает Антон Савельев. – Простые методы субсидирования племенного птицеводства на приобретённую или реализованную репродуктором голову в современных условиях не действенны. В настоящее время рынок инкубационного бройлерного яйца сформирован, и его достаточно на всей территории РФ. Есть незначительные сезонные и региональные колебания, но увеличивать производство яйца строительством дополнительных репродукторов, работающих на отечественных кроссах, это значит снижать цену и, соответственно, работать в минус.

   – Прогресс в генетике играет значительную роль в удешевлении стоимости мяса птицы, – отмечает Геннадий Съедин. – Двадцать лет назад среднесуточные привесы были около 40 г, сейчас – до 70 г. Чтобы получить 1 кг мяса нужно было 2,5-3 кг корма, сейчас – от 1,5 кг. Рекордные показатели в генетических центрах – 1,3-1,4 кг. Яйценоскость кур в среднем увеличилась на 30-40 яиц в год. Мясо птицы стало гораздо доступнее, тем не менее отрасль нуждается в том, чтобы покупательская способность населения по крайней мере не снижалась, тогда и закупочные цены будут держаться в соответствии с затратами. За последние два года цены на мясо птицы в магазинах почти не изменились, тогда как себестоимость значительно возросла. Затраты не оправдывают себя, и фабрики начинают понемногу скатываться вниз. Будет сильная продажа, тогда всё остальное, в том числе и российская селекция, смогут развиваться. А если нет нормальной покупательской способности, при том, что птица сегодня – это самое дешёвое мясо на прилавке, какого развития отрасли можно ожидать?

Секрет успеха

   Интересно, что за рубежом, в отличие от нашей страны, государство не уделяло особого внимания программам племенного разведения, и частным предприятиям пришлось в основном полагаться на собственные силы. В названии большинства известных сегодня транснациональных генетических компаний, обеспечивающих рынок чистопородным цыплятами и инкубационным яйцом, – имена тех, кто начинал когда-то с небольших семейных ферм.

   Компанию Cobb-Vantress в 1916 году организовал Роберт КОББ. Компанию Lohmann Tierzucht – в 1932 году Хайн ЛОМАНН. Groupe Grimaud – братья ГРИМАУД. Hendrix Genetics – бизнес отца и сына ХЕНДРИКСОВ – был основан в 1923 году. Компанию Hubbard в 1921 году основала семейная пара Ира и Оливер ХАББАРД. В 1956 году в Шотландии было открыто небольшое предприятие Chunky Chicks Ltd, – сегодня компания Aviagen, в которое оно со временем трансформировалось, поставляет цыплят родительских форм заказчикам в 130 стран мира.

   Ещё одним секретом успеха лидеров можно считать вложение значительной части от полученной прибыли в племенную работу. А как у нас? По данным Росптицесоюза, с 2007 по 2015 годы в промышленное производство мяса птицы в России было вложено 350 млрд руб., в племенное дело – 675 млн руб. Исправляя ситуацию, Минсельхоз РФ готов в течение 2015-2020 гг. направить 12 млрд рублей для субсидирования понесённых сельхозтоваропроизводителями прямых затрат на создание и модернизацию селекционно-генетических центров для животноводства (в том числе птицеводства), то есть около 3 млрд руб в год. Достаточно ли этих средств?

   Можно сравнить эту цифру с расходами Groupe Grimaud (второе место в рейтинге компаний, занимающихся генетикой и селекцией). В холдинге работает около 2 тыс. человек, в 13 странах открыто 35 подразделений. Согласно официальной статистике, ежегодный доход Groupe Grimaud равен 280 млн евро, из которых 40 млн евро (примерно 3 млрд руб.) составляют ежегодные расходы на R&D (научно-исследовательские работы).

   И последнее. Скептики говорят, что зарубежные компании не уступят российский рынок просто так. Дополнительные скидки, бонусы покупателям – мощное оружие в конкурентной борьбе, так что за восстановление утраченных позиций российским учёным ещё придётся побороться.

Валерий ШАХЛИН

 

СТОИТ ЛИ ВОЗРОЖДАТЬ ОТЕЧЕСТВЕННУЮ СЕЛЕКЦИЮ И НА КАКИХ УСЛОВИЯХ?

 

Антон САВЕЛЬЕВ, заместитель директора ЗАО Птицефабрика «Октябрьская»:

 

Возрождать отечественную селекцию, конечно же, необходимо, но на это потребуется очень много времени и средств. Очевидно, что если приобрести исходные линии в ведущих европейских селекционных центрах, ожидаемый результат получим быстрее. Вопрос – готовы ли они с нами поделиться и на каких условиях? Захотят ли птицефабрики участвовать в «обкатывании» отечественного продукта? Тоже не факт. Думаю, генетический материал, который накоплен в нашей стране (кроссы «Смена», «Родонит»), для промышленного птицеводства брать за основу не стоит. Но для фермерских хозяйств, использующих все виды сельскохозяйственной птицы, вполне достаточно материала, который накоплен в нашей стране.

За прошедшие годы материально-техническая база институтов устарела, селекционеров практически не осталось. Инфраструктура, подбор кадров, выстраивание партнёрских отношений, подготовка научных программ – всем этим придётся заниматься одновременно.

 

 

Владимир ГОЛУБЕВ, главный зоотехник-селекционер ЗАО Птицефабрика «Ново-Барышевская»:

Сейчас вся Россия находится на коротком поводке, используются только разработки европейских и американских селекционных фирм. Чтобы их догнать, нужны огромные деньги, кроме того, ушло поколение специалистов, которое этим занималось. Считаю, что возобновить российскую селекцию сегодня нереально – слишком сложная задача. Чтобы укрепить племенную базу, потребуются деньги, время, люди, технологии. Каждая селекционная компания только на поддержание своего стада ежегодно тратит сотни миллионов долларов, а уж если говорить о развитии, то там фантастические цифры!

Я за разделение труда. Если Голландия и Германия добились успехов в племенном птицеводстве, животноводстве, разведении рыбы и фактически стали законодателями мод в яичном и бройлерном птицеводстве – зачем изобретать велосипед? Если у кого-то это получается лучше и эффективнее – стоит ли тратить деньги? Должна быть какая-то международная интеграция, и она сегодня есть. Конечно, при этом следует строжайшим образом соблюдать санитарные правила и обезопасить отечественное птицеводство от заноса новых инфекций.

 

Геннадий СЪЕДИН, генеральный директор ООО «БАЛТ ИЗА»

Задача селекционного центра – обеспечить безопасность страны в получении племенного материала. Если в Европе произойдёт вспышка птичьего гриппа, границы для поставок племенной птицы будут закрыты, поэтому необходимо работать над тем, чтобы обезопасить свою птицеводческую промышленность. Племенной материал должен находиться рядом, чтобы его не нужно было завозить и быть от кого-то зависимым. Может быть, есть какие-то хорошие российскии линии, их можно взять за основу в селекционном центре. При этом, добавить 2-3 линии других селекционных компаний, например, тот же Hubbard, почему бы нет?

Согласен, что соревноваться с «китами» генетики непросто. Однако сегодня трудоёмкие процессы подбора остались в прошлом, селекция идёт быстрыми шагами. Уверен, что создание российских селекционно-генетических центров станет основой ещё более успешного развития племенного птицеводства, а также повышения конкурентоспособности отрасли на отечественном и мировом рынках.

 Кстати

Сегодня в птицеводстве один чистопородный петух становится отцом 25 тыс. особей «родительского стада» и дедушкой для 3 млн бройлеров!

 

 

Журнал ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ©

Все права защищены. Перепечатка или использование информации разрешаются только с письменного согласия главного редактора журнала ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Нарушение авторских прав будет преследоваться по закону