«НЕОТВРАТИМОСТЬ БЫТИЯ»: УРОЖАЙ-2026: ЧТО, КУДА, ПОЧЁМ

08.07.2026

Сибирь в нынешнюю непростую посевную отметилась очередными рекордами, как со знаком плюс, так и со знаком минус. Осталось «всего ничего» – благополучно вырастить и реализовать. Погодный фактор предсказать невозможно – «рука судьбы», но другие факторы, которые будут влиять на сибирский зерновой рынок ближайшей осенью, уже просматриваются.

ПЛОЩАДИ РЕВОЛЮЦИИ: ЧТО ПОСЕЯЛИ

✔️ Итак, на 23 июня яровой сев в регионах Сибирского федерального округа был произведён на 12 миллионах 239 тысячах гектаров, это на 213 тысяч га меньше прошлогодних площадей. (Здесь и далее – агрегированная информация от Межрегиональной ассоциации «Сибирское соглашение» по данным федерального Минсельхоза и региональных органов управления, – прим. ред.).

К середине июня лишь Новосибирская область, согласно официальным отчётам, прибавила посевные площади по сравнению с прошлым годом (на 17,9 тыс. га), остальные сибирские регионы показывают снижение.

Тенденция бегства от зерна, наблюдаемая в Сибири и в целом в России не первый год, в 2026 году резко ускорилась: зерновые культуры аграриями СФО нынешней весной посеяны всего на 7 млн гектаров, что на 691 тысячу гектаров меньше, чем годом ранее.

✔️ Сильнее всего обвалились площади под пшеницей, три года подряд приносившей крестьянам сплошные убытки: по состоянию на 16 июня, пшеница в СФО посеяна на 3 853 тысячах гектаров – это на 471 тысячу (!) гектаров ниже показателей прошлого года. В разрезе регионов антирекорды у Алтайского края (минус 95 тыс. га), Новосибирской (минус 104 тыс. га) и Омской (минус 181 тыс. га) областей.

Кстати, та же картина наблюдается и в целом по России: в нынешнем году преодолена, как сейчас модно говорить, «психологически важная отметка»: посевы яровой пшеницы впервые в новейшей истории составили менее 10 миллионов гектаров.

Зато о подросли в Сибири посевы ячменя – на 40 тыс. га. Лидер по приросту – Новосибирская область, прибавившая 33 тыс. га к 2025 году.

✔️ Одновременно фиксируется резкий разворот в сторону масличных культур: Западная Сибирь окончательно становится важнейшим масличным кластером отечественного АПК.

Рекордные площади под рапсом – пожалуй, главный итог посевной-2026 в Сибирском федеральном округе: 1 млн 717 тыс. га, что почти на 300 тыс. га выше, чем в прошлом году. Фактически 60% российского рапса нынче посеяно в Сибири. Новосибирская область впервые обогнала Красноярский край по посевам рапса – 333,7 тыс. га. Свыше 100 тыс. га рапса прибавила Омская область, 39 тыс. га – Кузбасс. Вообще во всех регионах «большой четвёрки» (Новосибирская, Омская области, Алтайский и Красноярский края) посевы рапса в этом году превысили 300 тыс. га. Подбирается к лидерам и Кузбасс с его 238 тыс. га рапса. А в целом в России в 2026 году состоялся абсолютный рекорд посевных площадей рапса – 2,9 миллиона гектаров. 

Обновлены максимумы и по подсолнечнику – плюс 184 тыс. га к прошлому году. Наряду с абсолютным сибирским лидером по производству этой культуры – Алтайским краем, масштабно нарастили посевы Новосибирская и Омская области: плюс 42 тыс. га и 60 тыс. га соответственно. 

✔️ Гречиха – её рентабельность вечно скачет в стиле «то в жар, то в холод», и это отражается и в посевных площадях: половина сибирских зернопроизводящих регионов в этом году нарастили посевы, половина – снизили. В целом по Сибири посевы немного снизились, на 10 тыс. га.

СБЫТ: ОСЕННИЙ ТУМАН

«Направления экспорта и объёмы реализации сибирского зерна и прочей АПК-продукции динамично меняются: «Китай открылся – Казахстан закрылся – Ближний Восток накрылся», «нашли ГМО – потеряли ГМО», «открыли транзит – подорожал транзит» и т.д.». Процесс это живой, всецело зависящий от геополитических, военных, логистических факторов – и, конечно, от внутренних тарифных барьеров, которых наше государство в последние годы для зерновиков понаставило изрядно. Так что предсказать, в какой реальности окажется сибирский аграрий со своим урожаем предстоящей осенью, мягко говоря, сложно.

Но некоторые важные моменты наступившего сезона уже можно отметить.

  Казахстан вновь, как и два года назад, на полгода закрывает импорт пшеницы, кроме точечных поставок по железной дороге по именным «разрешительным» спискам для переработчиков и птицеводов. Причём вначале рассматривался полный запрет без исключений, но участникам рынка удалось добиться смягчения позиции властей. Кстати, в минувшем сезоне (с сентября 2025-го по апрель 2026-го) Россия (прежде всего Сибирь) поставила в РК около 1,5 млн т пшеницы (по данным казахстанской стороны – 1,3 млн т). Плюс ещё не менее трети от официального объёма составил «серый» импорт.

– Очередной запрет импорта пшеницы – это очередная попытка упорядочить ввоз зерна в Казахстан, но попытка вновь несистемная и временная, – говорит руководитель комитета аналитики Зернового союза Казахстана Евгений КАРАБАНОВ. – Вместо того, чтобы оборудовать пункты пропуска по обеим сторонам границы весовым контролем и наладить, наконец, цивилизованный учёт ввозимого зерна, решить проблему недополучения налогов, налички и прочих «моментов», наши власти опять идут на простое и дешёвое решение – полный запрет ввоза пшеницы.

По словам Карабанова, для реэкспорта российское зерно в Казахстан сейчас не поставляется – эти схемы уже перекрыты таможенными и налоговыми органами, но дешёвый 4 и 5 класс из России охотно берут казахстанские мукомолы и птицеводы.

Что касается других культур, то, по мнению представителя Зернового союза Казахстана, продолжатся активные поставки в страну российского масличного льна. В том числе, кстати, и по «серым» схемам, для дальнейшей перепродажи в Китай. Кроме того, будет стабильно востребован подсолнечник, в связи с масштабным строительством новых перерабатывающих мощностей на Севере и Востоке Казахстана и нехваткой собственного сырья. Это история вдолгую, – отмечает Евгений Карабанов.

Тем временем эксперты рассуждают, куда девать предстоящий большой объём рапса с учётом рекордных посевных площадей (если, конечно, обойдёмся без критических потерь в период созревания и уборки) и стоит ли ожидать ценового обвала по этой культуре. В отличие от казахстанских соседей, в Сибири своя переработка масличных пока что развивается, прямо скажем, неспешно, аграрии всецело зависят буквально от одного-двух федеральных переработчиков. 

– Я не ожидаю какого-то радикального ценового падения на рынке рапса, – говорит Сергей ТУЧИН, гендиректор Ассоциации производителей и переработчиков рапса «РАСРАПС». – Спрос на масличные, и конкретно на рапс в предстоящем сезоне, уверен, будет активный. Хотя бы с учётом того, что посевная кампания по обе стороны Урала затянулась и прошла не в оптимальные сроки из-за неблагоприятных погодных условий. Да и сейчас погода в европейской части России создаёт серьёзные проблемы для своевременных обработок посевов от сорняков, болезней и вредителей.

Но, конечно, в перспективе дальнейшая судьба сибирского рапса, полноценное развитие рапсового комплекса макрорегиона будет зависеть от строительства перерабатывающих мощностей, отмечает Сергей Тучин. В частности, в Новосибирской области большие надежды возлагаются на построенный, но так пока и не введённый в эксплуатацию маслозавод в Искитимском районе. Он сможет принимать практически весь объём рапса, производимого в НСО.

Последние публичные новости по поводу этого предприятия относятся к марту нынешнего года: тогда было объявлено о начале строительства 2 километров ж/д путей к заводу. Ранее, в январе, представитель инвестора заявлял, что завод будет запущен в эксплуатацию «во второй половине 2026 года».

А вот на Алтае планы по введению новых перерабатывающих мощностей для масличных более конкретные и близкие: первую очередь крупного маслозавода ГК «Сигма» в Благовещенском районе на 300 тонн перерабатываемого сырья в сутки планируют открыть уже в июле-августе. Проектная мощность завода – 1200 тонн подсолнечника и рапса в сутки – будет достигнута, по планам инвестора, в 2027 году. После полного запуска предприятия в Алтайском крае будет оставаться до 90% производимого подсолнечника.

Но самую, пожалуй, серьёзную тревогу на сегодня вызывает неожиданная «подножка» со стороны китайских партнёров – покупателей сибирского рапсового масла. Речь идёт о ГМО-скандале, разразившемся в начале года – обнаружении в рапсовом масле, отгруженном в КНР, следов ГМО. В результате ряд российских предприятий оказались закрыты для экспорта в Китай, и большая часть из них – алтайские. Ситуация подробно разбиралась на зимней конференции в Белокурихе, и пока света в конце тоннеля, похоже, не видно.

Директор Алтайского филиала ЦОК АПК Мария ШОСТАК в своём недавнем выступлении на конференции в Барнауле назвала этот скандал «угрозой, нависшей над всем этим направлением» сибирского агроэкспорта. Как сообщила Шостак, пока в качестве превентивной меры были приостановлены все 385 деклараций на рапс в регионе.

«Есть надежда на то, что ситуация будет урегулирована после поездки делегации в КНР», – цитирует эксперта агентство Алтапресс. В общем, «работают люди», ждём и надеемся. Дело это для сибирских аграриев действительно жизненно важное: именно Китай сейчас закупает 90% производимого в России рапсового масла, это вообще один из ключевых экспортных товаров, по объёмам выручки и по доле в агроэкспорте в КНР (17%) находящийся на втором месте после мороженой рыбы.

Наконец, ещё один сбытовой инструмент – закупочные интервенции – вряд ли в наступающем сезоне станет подмогой сибирским зернопроизводителям. Сейчас в ИФ лежит примерно 3,7 млн тонн зерна, и дополнительные закупки маловероятны, несмотря на вполне приемлемые для сибиряков предельные цены, установленные минсельхозом для этого года – 14,6 тыс. руб. за 3 класс, 13,97 тыс. руб. за 4-й. Основная причина – дефицит бюджета. Так что «интервенция», скорее всего, будет неактуальна.

«МЫ ЕДЕМ, ЕДЕМ, ЕДЕМ…» – КУДА?

Логистическая ситуация для сибирских (и не только) агроэкспортёров тоже, по понятным причинам, далека от спокойной. К традиционным ежегодным проблемам – ж/д-«пробкам», колебаниям провозной платы, недостатку средств на субсидированный вывоз зерна – добавились теперь ещё и лимиты на топливо. Рост стоимости ГСМ не только повысит себестоимость урожая для аграриев, но и может сыграть свою негативную роль в реализации сибирского зерна предстоящей осенью.

– Дело в том, что из-за подорожания и графиковости выдачи дизтоплива, скорее всего, осенью в Европейской части России будут востребованы железнодорожные перевозки на короткие расстояния: зерно, которое обычно ехало к портам автотранспортом, будет ехать вагонами, – рассуждает генеральный директор АО «Новосибирскхлебопродукт», вице-президент ОПОРЫ России Сергей СОКОЛОВ. – И не исключено, что мы в Сибири можем встретиться с повторением «вагонного кризиса» 2017 года – дефицитом вагонного парка. Коммерческая логика владельцев подвижного состава тут закономерна: вагон на коротком плече может делать быстрые обороты, а до Сибири вагону ещё нужно ехать две недели порожняком. Поэтому в сентябре, если ситуация с топливом кардинально не изменится, к примеру, через гарантированные лимиты, подобное развитие ситуации с вагонным парком вполне возможно.

На льготный вывоз зерна до портов на следующий, 2027 год в федеральном бюджете запланировано всего 6 млрд руб. – на 2,5 млрд меньше, чем выделено в нынешнем году, напоминает Соколов:

– Причём нужно понимать, что эта субсидия выделяются не только на ж/д перевозку зерна, но и другой продукции. Зерновикам достанется в лучшем случае 3-3,5 млрд рублей. С учётом индексации тарифов этой суммы хватит на перевозку примерно 2 млн т зерна. В нынешнем году, когда средств было на 2,5 млрд больше, субсидия закончилась 24 марта. В следующем году можно ожидать, что деньги закончатся уже в феврале. Что, разумеется, отразится и на объёмах перевозок, и на ценовой конъюнктуре зернового рынка Сибири.

По словам Сергея Соколова, до сих пор не решена проблема присутствия на этом рынке залётных «коммерсантов», не обладающих ни мощностями хранения и отгрузки, ни реальными партиями зерна. Они пользуются лазейками в правилах доступа к этим транспортным субсидиями и резервируют объёмы, которые пытаются затем продавать добросовестным участникам рынка.

Что касается новых, весьма перспективных для экспорта в Китай, кормовых продуктов сибирской зерновой отрасли – отрубей, кормовой муки – вопрос их поставок забуксовал в недрах китайской таможенно-разрешительной системы. Несмотря на то, что по тем же отрубям ещё в ноябре 2025 года подписаны протоколы фитосанитарных требований, состоялись инспекционные визиты специалистов из КНР на сибирские мукомольные предприятия, решения китайской стороны об открытии экспорта отрубей по-прежнему «в замедленном кадре».

 По мнению Сергея Соколова, причина такой пробуксовки отнюдь не в недостаточной активности российских фитосанитарных органов – Россельхознадзор, таможня, экспортные подразделения Минсельхоза в приоритетном порядке работают над этим вопросом. Большую активность по развязыванию этого узла должны проявить сами сибирские экспортеры.

– Все мы люди опытные и давно знаем особенности китайской торговой культуры – медленно и шаг за шагом, долгие согласования по бюрократическим этажам, неспешность принятия решений. Значит, нам самим нужно более интенсивно совместно работать с потенциальными китайскими покупателями, налаживать тесные связи с профильными отраслевыми ассоциациями КНР, терпеливо объяснять китайским партнёрам и органам власти выгоду сотрудничества с нами – в общем, лоббировать ускорение открытия рынка не здесь, в России, а там, в самом Китае. Как там в поговорке: хлеб за животом не ходит. Коллеги, никто за нас с вами эту работу не сделает, наш успех будет зависеть от нашей собственной энергии и «купеческих» талантов, – отмечает Сергей Соколов. – Причём нужно помнить, что с каждым годом осваивать китайский рынок будет всё труднее: власти Китая объявили стратегический курс на полную самодостаточность по зерну и зерновым продуктам уже к 2030 году.  

По словам гендиректора «Новосибирскхлебопродукта», вопрос тесной кооперации сибирских зерноторговцев давно назрел и перезрел. Особенно это касается главной, стратегической цели, которая обеспечит устойчивость сибирской зерновой отрасли на многие годы вперед. Речь идёт о крупнотоннажных морских поставках зерна в страны ЮВА через дальневосточные морские порты:

– Задача – отгружать консолидированные крупные партии, от 25 до 50 тысяч тонн зерна. Перевалочная инфраструктура, к примеру, в угольных портах Дальнего Востока вся есть, технически там всё готово к приёму зерновой продукции. Там уже есть склады-накопители, которые можно перепрофилировать из угольных в зерновые и формировать там большие партии для глубоководных «панамаксов»-50-тысячников.

Индонезия, Бангладеш, Индия, Вьетнам – всё это перспективные, ликвидные, лояльные к нам рынки, с колоссальным населением и огромным потенциалом потребления. Фрахт до Индонезии, например, стоит сейчас всего 15 долларов за тонну, это 1000 рублей. С учётом 15-процентной скидки на ж/д тариф от РЖД, а также бесплатного гружёного тарифа в субсидируемый период тема становится ещё более интересной. Сибирякам нужно не толкаться в этих бесконечных очередях в черноморских портах, а осваивать морские перевозки с Дальнего Востока – вот наше логическое место в зерновой цепочке поставок, весьма хлебное место. Значит, зернотрейдерам крупнейших сибирских аграрных регионов необходимо обсуждать совместные проекты по перепрофилированию дальневосточных угольных глубоководных портов под отгрузки зерна.

– Напомню, что порты Усть-Луга и Высоцк на северо-западе России – это как раз бывшие угольные порты. Успешный опыт таких проектов есть, дело лишь за нашей правильной кооперацией и пониманием ключевого значения дальневосточных морских ворот для всего сибирского АПК. Государство, несомненно, поддержит эти проекты, но основная работа – за нами. В случае успеха мы выйдем на совершенно другой уровень развития отрасли, на стратегическое планирование её развития, – продолжает Сергей Соколов. – Пора заняться этой работой всерьёз, коллеги. 

*****

«Неотвратимость бытия» – так охарактеризовала нынешнюю ситуацию в АПК министр сельского хозяйства Оксана ЛУТ в своём выступлении на майском Всероссийском зерновом форуме в Сочи. Глава Минсельхоза, говоря о жёстких реалиях отечественной зерновой торговли (невыгодный для экспорта курс рубля, пошлины, тарифы, цены и т.д.), призвала трейдеров и аграриев не заблуждаться, не предаваться фантастическим мечтам, а работать исходя из этих самых реалий, работать совместно, добросовестно и ответственно. Собственно, ничего другого-то бизнесу и не остаётся.

Своё выступление перед собравшейся элитой отечественной зерновой отрасли Оксана Лут завершила крылатой фразой: «Надо, Федя, надо!» Впрочем, тут стоит вспомнить, что этот киношный афоризм – он вообще-то изначально не про долг и ответственность, а про экзекуцию. Розгами. Что придаёт всему происходящему дополнительный интересный смысл.

Павел БЕРЕЗИН