Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

ПОДПИСАТЬСЯ НА ЖУРНАЛ

СУДЬБА СИБИРСКОГО ЛЬНА

Наши контакты:

 

г. Новосибирск, ул. Немировича-Данченко, 104, офис 230. Тел.: (383) 335-61-41 (факс)

 

+7 913-900-05-75 (директор)

 

+7 913-941-72-79 (главный редактор Павел Березин).

 

Реклама:

 

+7 913-013-27-52 (Светлана)

 

+7 913-201-41-50 (Наталья)

 

+7 913-201-43-75 (Наталия)

 

 E-mail: predsedatel@ngs.ru; predsedatel.agro@ya.ru

 

По вопросам подписки и рассылки обращаться по телефону:

  +7 913-013-27-52 (Светлана)

и по электронной почте: 

predsedatel.agro@ya.ru

 

   МОЛОКО  «УКРУПНИЛОСЬ»                ОМСК: КОНКУРС ПОБЕДИТЕЛЕЙ           СЕРГЕЙ ЮШИН – ОБ ЭКСПОРТЕ  

Призрак 17 года бродит по Сибири

С каждым днём всё заметнее приметы повторения сибирского зернового коллапса позапрошлого года: с того времени не произошло никаких позитивных для сибиряков изменений ни в инфраструктуре, ни в логистике, ни в системе управления ни, самое главное, в политике Москвы по отношению к сельскому хозяйству Сибири.

Ценовой кризис 2017 года буквально обескровил сибирскую зерновую отрасль: многие, даже самые крепкие аграрии, не могут оправиться от того коллапса до сих пор. В условиях постоянно растущего пресса производственных расходов и диспаритета цен финансовое состояние хозяйств два года назад было подкошено ещё и ценовым обвалом.

Тогда, два года назад, развернулась целая эпопея по ликвидации сибирского «зернового затора», вызванного рекордным 135-миллионым урожаем: экстренные штабы под руководством чиновников федерального Минсельхоза, бесконечный поиск вагонов-зерновозов. Наконец, чудесное явление федеральной компании «ОЗК-Юг», «осчастливившей» новосибирских и омских аграриев скупкой зерна по 6 рублей, а в финале – бравурные отчёты чиновников о благополучном разрешении кризиса.

В прошлом году сибиряков спасло резкое снижение общероссийского урожая до 111 миллионов тонн, позволившее избежать масштабного ценового провала. Но сегодня, в преддверии посевной-2019, налицо крайне тревожные признаки того, что ситуация снова пойдёт по катастрофическому сценарию 2017 года.



Снова 130 миллионов – и мы приплыли

Зерновые эксперты чуть ли не еженедельно повышают свои прогнозы на российский урожай 2019 года: в середине апреля центр «СовЭкон» называл цифру 129,1 млн т, в том числе 83,4 млн т пшеницы. Институт конъюнктуры аграрного рынка пока оценивает урожай в «скромные» 125,2 млн т, в том числе пшеницы – 79,5 млн т. Владимир ПЕТРИЧЕНКО из «ПроЗерно» видит 129,4 млн т, из которых 81,8 млн т придутся на пшеницу. Самый высокий показатель традиционно называет президент Российского зернового союза Аркадий ЗЛОЧЕВСКИЙ, не исключивший, что в нынешнем сезоне Россия даже побьёт зерновой рекорд в 135,5 млн т, показанный в 2017 году. Минсельхоз, наоборот, привычно осторожен в оценках: всего 119 миллионов тонн. В общем, в данный момент средняя прогнозная цифра выходит на уровень как минимум 127 миллионов тонн зерна, что уже на 15 миллионов выше прошлогоднего сбора.

Касаемо экспорта и экспортных цен, для российской пшеницы на мировом рынке начался «понижательный» тренд, связанный с целым рядом факторов: большие запасы и их распродажа в США, относительно крепкий рубль, а также активный экспорт российской пшеницы в начале года, опустивший мировые цены. Насколько долгим будет этот курс на понижение, пока непонятно, но в любом случае пиковые февральские 247 долларов в порту за тонну российской пшеницы мы увидим ещё очень нескоро. Владимир Петриченко, например, предрекает осенью экспортную цену в порту не более 190 долларов за тонну российской пшеницы. Что автоматически приводит к цене в Сибири в 6,5 тысяч рублей на элеваторе.

Что всё это означает для сибирских зернопроизводителей, метко выразил один известный в регионе зернотрейдер: «Ещё раз 130 миллионов – и всё, приплыли!» Вопрос «насколько готово зерновое хозяйство и инфраструктура Сибири к очередным ценовым катаклизмам?» выглядит риторическим: не готово абсолютно. Ко всему этому добавляются ещё откровенно сомнительные действия властей.



Интервенции «на разрыв»

Одним из самых скандальных решений новой команды федерального Минсельхоза стал приказ о предельных закупочных ценах на зерно, при которых должны начинаться государственные закупочные интервенции.

В конце марта сибирские сельхозпроизводители с удивлением узнали, что предельный уровень цен на пшеницу 3,4 и 5-го классов для Сибирского федерального округа установлен ниже, чем для других федеральных округов. Например, цена на пшеницу 3-го класса в Южном федеральном округе составляет 10 тысяч рублей за тонну без НДС, а в Сибирском федеральном округе – 7,6 тысяч рублей с НДС, разница цены – 2,4 тысяч рублей. Аналогично минсельхозовские чиновники «поразили в правах» и другие зерновые культуры, производимые в Сибири.

Предельные цены, объявляемые Минсельхозом ежегодно в середине марта, – это важный рыночный индикатор для региональных зернопроизводителей, некая отсечка, определяющая «ценовую температуру» на предстоящий сезон. Наконец, это цена, в которую вообще оценивают труд крестьянина чиновники. Как сказал один из новосибирских фермеров: «Предельные цены Минсельхоза – это то, сколько я стою по мнению Москвы». И вот в 2019 году экстремально тяжёлый труд сибирского агрария на земле оказался на четверть дешевле труда агрария с благодатного юга.

Расчёт минимальной цены, при которой объявляются закупочные интервенции, базируется на весьма странном с точки зрения здравого смысла показателе. Объявляемая Минсельхозом цена базируется не на основе анализа рыночной ситуации или себестоимости зерна в регионе, не на финансовом состоянии производителей, а на «минимальных в предшествующем году среднемесячных ценах производителей». Какого-то внятного объяснения этому критерию ваш корреспондент, специально проштудировав множество документов, так и не нашёл.

Документ вызвал бурю возмущения среди аграриев сибирских регионов. В Москву полетели многочисленные обращения от отраслевых объединений и местных органов власти с призывами пересмотреть уровень цен в сторону увеличения.

«Себестоимость зерна в 2018 году в Новосибирской области выросла к уровню 2017 года на 5,8% и составила 6 254 рубля за 1 тонну, прибыль от реализации зерна в 2018 году снизилась на 25,1% к уровню 2017 года», – такие данные приводятся в обращении губернатора НСО Андрея ТРАВНИКОВА к полпреду президента в СФО Сергею МЕНЯЙЛО. Как говорится в обращении, расчётная цена предельного уровня цен на пшеницу 3-го класса с НДС для Новосибирской области должна составлять 9 100 рублей за тонну.

«Сельхозпредприятия Алтайского края считают, что предложенные предельные цены на зерно рассчитаны без глубокого анализа причин сложившихся цен на рынках с июля по октябрь 2018 г., что приведёт к стагнации в регионах, удалённых от рынков сбыта и не имеющих возможности реализовывать зерно по более высоким ценам, на уровне Южного и Северо-Кавказского федеральных округов», – пишут алтайские фермеры из краевого Союз крестьянских фермерских формирований в своём обращении к вице-премьеру ГОРДЕЕВУ. Алтайцы считают, что поводом для объявления интервенций должна быть цена не ниже 9,5 тысяч рублей с НДС.

В свою очередь, в Минсельхозе Красноярского края подсчитали, что минимальная закупочная цена на 3-й класс должна быть в регионе не менее 10 тысяч рублей за тонну, с учётом постоянно увеличивающихся расходов, которые несут местные аграрии, в том числе, кстати, и при поставках зерна в интервенционный фонд.

То есть получается, что в преддверии очень непростого, чреватого ценовым кризисом сезона зернопроизводителей Сибири заранее укладывают в ценовую яму. И ещё «присыпают землёй» в виде массового лишения погектарной поддержки из-за «нерайонированных семян» (ПРЕДСЕДАТЕЛЬ подробно писал об этой ситуации в №86, его можно посмотреть  ЗДЕСЬ, – прим. ред.). И всё это на фоне беспрецедентных финансовых потерь аграрной отрасли Сибири в последние два года из-за ценового кризиса 2017-го и экстремальной погоды 2018-го. Налицо откровенная дискриминация сибирских аграриев по экономическим параметрам, разрывается единое экономическое пространство страны. И по этому поводу со стороны Минсельхоза (по крайней мере, в публичном пространстве) стоит звонкая тишина.

Кстати, на тему предельных закупочных цен и их соответствия антимонопольному законодательству ПРЕДСЕДАТЕЛЬ обратился с запросом в Федеральную антимонопольную службу, и получил официальный ответ от начальника Управления контроля АПК Анны МИРОЧИНЕНКО. В отдельной врезке мы приводим этот ответ без купюр и комментариев. По мнению представителя ФАС, методика определения минимальных закупочных цен не исключает возможность установления дифференцированных цен на зерно в зависимости от региона. Установленные в проекте приказа Минсельхоза России предельные уровни минимальных цен на зерно урожая 2019 года рассчитаны в соответствии с методикой. При этом в ФАС отметили, что, цитата, «в перспективе в основе расчёта предельных уровней минимальных цен на зерно должно лежать определение целевых или индикативных цен на соответствующую продукцию, которую государство готово поддерживать на внутреннем рынке. Расчёт таких цен должен базироваться на детализированных экономических показателях деятельности сельхозпроизводителей, в том числе себестоимости производства сельхозпродукции, уровне рентабельности, обеспечивающем сельхозпроизводителям возможность самофинансирования расширенного воспроизводства, и опираться на современные прогнозные модели».

При этом абсолютное большинство участников сибирского рынка зерна сходятся во мнении: никакой альтернативы закупочным интервенциям в качестве регулятора рынка зерна для Сибири в данный момент не существует. За прошедшие десять лет активного развития зерновой отрасли у государства и бизнеса так и не появилось других современных инструментов рыночной торговли – ни полноценной зерновой биржи, ни системы фьючерсов, ни механизма обратного выкупа зерна. И в этих условиях закупочные интервенции для Сибири невозможно переоценить. Даже при минимальных «телодвижениях» государства на интервенционных торгах отрезанный от «большого рынка» сибирский «зерновой угол» всегда приходит в движение, реагирует повышением цен, как бы ни складывалась ситуация в общероссийском масштабе.

И в этом плане поведение властей в последние годы вызывает лишь недоумение. Достаточно сказать, что, по мнению многих игроков рынка, в 2017-м году ситуацию в Сибири могла спасти закупка в ИФ всего 400-500 тысяч тонн зерна! Эти объёмы могли бы быть куплены за 8-8,5 тысяч рублей за тонну, а через год реализованы уже по 9-9,5 тысяч. Государство не просто ликвидировало бы сибирский коллапс, но ещё и заработало бы на этой операции. Но этого не было сделано, и последствия ощутил каждый сельхозпроизводитель за Уралом.

 

ОЗК: из истории «эффективного менеджмента»

Что касается основного оператора интервенций «Объединённой зерновой компании», то при её создании в 2007 году эта структура получила от государства огромные материальные ресурсы в виде элеваторов и ХПП – и государственные задачи по развитию зернового рынка, перевода его на цивилизованные рельсы, внедрению в АПК новых рыночных инструментов и т.д.

Однако все прошедшие годы аббревиатура ОЗК куда чаще фигурировало в новостях о других мероприятиях – следственных. Руководство ОЗК и его филиалов регулярно «светилось» в сообщениях о возбуждённых уголовных делах.

Так, в марте 2011 года органами ФСБ был арестован высокопоставленный сотрудник ОЗК О.УРУСОВ, в московском и краснодарском офисах компании были проведены обыски. Сообщалось о возбуждении уголовного дела по статье 188, ч. 4 (контрабанда) в связи с незаконной поставкой в Россию из Аргентины 25 тыс. т соевого шрота. Как писало издание The Moscow Post, «при проведении обысков сотрудники ОЗК оказали сопротивление работникам ФСБ».

В мае 2014 года ГУ МВД России по ЦФО возбудило уголовное дело в отношении бывшего замдиректора «Объединённой зерновой компании» Сергея МИЛОСЛАВСКОГО по статье «Злоупотребление полномочиями». По версии следствия, Милославский (уволен в начале 2012 года) нанёс ОЗК ущерб в размере семидесяти миллионов рублей: топ-менеджеры госкомпании заключали госконтракты по поставке зерна по заведомо невыгодным ценам. Афера сводилась к указанным в контрактах жёстким штрафным санкциям за срыв договоров. Когда подходил срок поставлять зерно, ОЗК это делать отказывалась. Покупатель выставлял штрафы, которые выплачивались без суда. Всего, по данным следователей, было заключено фиктивных контрактов на 180 миллионов долларов. Махинации вскрылись в 2013 году при ревизии. По некоторым данным, расследование стало причиной отставки бывшего гендиректора ОЗК Светланы САВЧЕНКО.

Причём в сообщениях отмечалось, что ОЗК имела связь с находящимся в розыске Олегом ДОНСКИХ – бывшим директором департамента Минсельхоза РФ и фигурантом громкого дела о хищениях средств Росагролизинга.

В ноябре 2018 года был взят под арест бывший врио директора АО «Объединённая зерновая компания» (ОЗК) Сергей ПОЛЯКОВ в рамках уголовного дела в отношении бывшего акционера ОЗК, владельца группы «Сумма» Зиявудина МАГОМЕДОВА и его брата Магомеда. Полякову вменяют ч. 3 ст. 210 УК РФ («организация преступного сообщества») и ч. 4 ст. 159 УК РФ («мошенничество»). Как следует из материалов дела, братья Магомедовы выводили средства из активов ОЗК по контрактам с зарубежными фирмами на поставку сельхозпродукции украинского происхождения. Ущерб, нанесённый государству, следствие оценивает почти в полмиллиарда рублей. Также по этому уголовному делу арестован бывший начальник департамента экономической безопасности АО «Объединённая зерновая компания» Роман ГРИБАНОВ. Он также подозревается в особо крупном мошенничестве и участии в преступном сообществе (часть 4 статьи 159 УК РФ, часть 3 статьи 210 УК РФ).

Наконец, в апреле нынешнего года в докладе генерального прокурора РФ Юрия ЧАЙКИ о состоянии законности и правопорядка в РФ в 2018 году было отмечено, что, цитата, «прокурорами также вскрыты массовые нарушения порядка хранения зерна, в том числе интервенционного фонда и государственного материального резерва. Только в Орловской области выявлено хищение более 19 тысяч тонн зерна интервенционного фонда интервенций на сумму свыше 200 миллионов рублей».

В феврале 2019 года новым крупным акционером «Объединённой зерновой компании» стал банк ВТБ, получивший 50% минус одна акция ОЗК от группы «Сумма» находящегося под арестом Зиявудина Магомедова. Новым генеральным директором АО «ОЗК» в апреле назначен бывший замминистра сельского хозяйства РФ Дмитрий СЕРГЕЕВ.

В общем, аграрное сообщество и широкая публика с нетерпением ждёт из ОЗК свежих интересных новостей о развитии зернового рынка и экспортного потенциала России.



Экспорт: монополизация = стагнация

Ещё один фактор, который, видимо, станет дополнительным барьером для сибирского зерна, кроме всех прочих, – это продолжающаяся консолидация зернового экспорта. Новости, которые приходят из Москвы и с Юга России, свидетельствуют о большом переделе, который сейчас происходит в этой сфере. Недавно банк ВТБ стал владельцем «Новороссийского зернового терминала» – одного из крупнейших в стране портовых терминалов. Также вскоре банк приобретёт 50% зернового терминала Тамань (объём перевалки – 4 млн т), и таким образом под контролем ВТБ окажется треть всего объёма перевалки зерна России (новороссийские порты в прошлом году отгрузили 17,8 млн т зерна).

А если учесть, что в феврале банк выкупил 50% акций «Объединённой зерновой компании», владеющей ещё одним большим портом – «Новороссийским комбинатом хлебопродуктов», то можно уверенно говорить, что на зерновом рынке страны появился крупнейший по размерам и амбициям игрок.

Кроме того, 23 апреля четыре крупнейших экспортёра зерна России – «Астон», «Гленкор Агро МЗК», «ОЗК-Юг» и «Торговый дом «РИФ» – подписали меморандум о создании нового Союза экспортёров зерна. Как сказано в пресс-релизе, создание союза «будет способствовать улучшению координации экспортёров зерна между собой и с органами государственной власти. Основная цель – продвижение зерна и зернобобовых культур российского происхождения, а также продуктов переработки на международных рынках».

То есть идёт ускоренная консолидация логистического бизнеса и экспортных «ворот». Для сибирских зерноторговцев всё это, естественно, не сулит ничего хорошего. Они и в лучшие-то времена были «чужими на этом празднике жизни»: и в очереди на вагоны, и на доступ к портовой перевалке. Все равны, но некоторые равнее: этот старый афоризм точно иллюстрирует практику, давно сложившуюся в сфере зернового экспорта России. Квоты на обслуживание, которые негласно распределяют среди экспортёров хозяева портовых терминалов, – дело весьма закрытое и конфиденциальное. И концентрация активов у одного игрока однозначно приведёт к дальнейшему снижению конкуренции.

Сценарий для сибиряков на ближайшее время просматривается вполне ясный: хочешь экспортировать – будешь обязан взаимодействовать с очень тесной компанией людей. С соответствующими ценовыми потерями. Иначе всё будет как обычно: со своими срочными контрактами – и даже со своими вагонами! – сибирский трейдер может стоять в очереди в порт месяцами.

И в предстоящие год-два рядовой аграрий Сибири – фермер, руководитель хозяйства – увидит, как сужается его коридор возможностей в плане реализации продукции: «внезапно» уйдут с рынка мелкие и средние трейдеры, с которыми проработали много лет, а вместо них появятся солидные люди со столичной пропиской, предлагающие «длинные стабильные контракты». Цены в этих «стабильных контрактах» вряд ли понравятся сельчанам – но других вариантов не будет.

Для зерновой отрасли Сибири это будет означать её окончательную стагнацию. Потому что ограничение спроса всегда приводит к ограничению предложения. И о сказочных 25 миллионах тонн зерна в Сибири, о которых мечтают федеральные чиновники, говорить в этих условиях просто смешно: в монопольном «стойле» не развивается ни рынок, ни производство.

И ещё один момент: местные трейдеры вот уже много лет выполняют для крестьян Сибири ещё и функцию кредитора, авансируя производство продукции растениеводства в условиях жёсткой кредитной политики банков. Будут ли этим заниматься создающиеся сейчас федеральные зерновые «супероператоры»? Интересно ли им это? Большой вопрос.



Езжай туда – не знаю куда...

6 апреля Правительство России выпустило Постановление № 406 о льготных тарифах на перевозку зерна железной дорогой из восьми регионов страны (Сибирь и Урал) и о правилах выделения бюджетных средств для РЖД на компенсацию потерь. В списке пунктов назначения значатся 20 регионов Центра и Северо-Запада (в том числе Москва и Санкт-Петербург), а также 10 регионов Южного, Северо-Кавказского, Сибирского и Дальневосточного округов. Как следует из пояснительной записки, с момента опубликования документа и до 31 августа этот механизм предлагается использовать для «сдерживания роста цен на зерно в конце маркетингового года».

«Эти деньги должны помочь регионам Сибири, которые расположены далеко от рынков сбыта, вывезти излишки зерна со своей территории и, соответственно, реализовать его», – заявил на заседании Правительства премьер-министр России Дмитрий МЕДВЕДЕВ. Однако, во-первых, на эту льготную программу из бюджета выделена смехотворная сумма – всего 99,9 миллионов рублей, что позволит вывезти по сниженным тарифам из Сибири в лучшем случае 75-80 тысяч тонн зерновых. Как могут «помочь» сибирской зерновой отрасли эти объёмы, остаётся загадкой. Во-вторых, сам документ пока являет собой «пустую» бумагу: конкретного распределения по регионам даже этих минимальных квот на льготные перевозки до сих пор так и не появилось. А на дворе уже май.

Кроме того, у многих участников рынка вызывает сомнение сама необходимость введения этой меры поддержки в данный период времени. Льготные тарифы на вывоз зерна из Сибири должны были быть продлены ещё осенью прошлого года, вот тогда это стало бы реальной подмогой сибирскому рынку зерна – и сибирским аграриям, которые бились за урожай в тяжелейших погодных условиях, неся огромные финансовые потери. Смысл же нынешней межсезонной «поддержки», на которую щедрой рукой отпущено 100 миллионов, теряется в тумане.



*****

Итак, сибирские зернопроизводители в преддверии очередного рекордного урожая, грозящего вновь обвалить региональный рынок, остаются один на один с рыночной стихией. Остаются без финансовой «подушки» (она за минувшие два года была полностью уничтожена растущими ценами на производственные ресурсы), без вменяемой тарифной и транспортной политики, без стратегии развития регионального зернового хозяйства, без работающего механизма интервенций – спасительного и безальтернативного для Сибири.

Мало того, всё это сопровождается, мягко говоря, неадекватными решениями федеральной власти, заставляющими сомневаться в элементарной профпригодности новых управленцев Минсельхоза.

В итоге осенью 2019 года мы рискуем получить вторую серию сериала «Как напахаться и остаться ни с чем»: аграрии, зерноторговцы и главы региональных минсельхозов будут заседать на бессмысленных «оперативных штабах по ликвидации зерна» и получать хамские выволочки от московских чиновников на тему «Почему не заказали вагоны за полгода?!» Затем будет явление крупного федерального зернового оператора, обладающего вагонами, квотами и т.д., который «благосклонно» согласится скупить сибирское зерно за бесценок: «Эх, одни убытки с вас, сибиряков!»

Проблема состоит в том, что этот очередной рукотворный катаклизм АПК Сибири может уже просто не выдержать.

Павел БЕРЕЗИН

 

 

Журнал ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ©

Все права защищены. Перепечатка или использование информации разрешаются только с письменного согласия главного редактора журнала ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Нарушение авторских прав будет преследоваться по закону

Яндекс.Метрика