Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

ПОДПИСАТЬСЯ НА ЖУРНАЛ

СУДЬБА СИБИРСКОГО ЛЬНА

Наши контакты:

г. Новосибирск, ул. Немировича-Данченко, 104, офис 230

Тел.: (383) 335-61-41 (факс), +7 913-900-05-75 (директор),

+7 913-941-72-79 (главный редактор Павел Березин)

Реклама:

+7 913-201-66-53 (Оксана),

+7 913-201-41-50 (Наталья),

+7 913-201-42-84 (Светлана)

E-mail: predsedatel@ngs.ru

По вопросам подписки и рассылки обращаться по телефону:

+7 913-201-66-53 (Оксана)

ЗЕРНО СИБИРИ: НОВЫЙ 2017-Й?        АМЕРХАНОВ – О ЖИВОТНОВОДСТВЕ       НЕДОСТУПНЫЙ КРЕДИТ В 5% 

Денег нет, но вы держитесь!

   Бюджетная «засуха», конца которой не видно, не только заставляет аграриев выбирать отечественную сельхозтехнику, но и приводит их к осознанию простой мысли: «халява» господдержки покупок техники кончилась надолго – если не навсегда.

   6 июня в Минсельхозе РФ состоялось большое совещание чиновников и отраслевиков, посвящённое текущей ситуации с обеспеченностью российских аграриев сельхозтехникой. Прозвучавшая статистика свидетельствует о том, что за последние три года все усилия властей и бюджетные вливания («постановление 1432», региональные меры поддержки) так и не смогли переломить крайне тревожную тенденцию: парк сельскохозяйственных машин в России продолжает сокращаться, а темпы покупки хозяйствами новой техники не «перекрывают» выбытия старой.

   В 2015 году аграрии по всем каналам реализации приобрели 16,87 тыс. тракторов и комбайнов, что на 17% меньше, чем в 2014-м. На полях страны в прошлом году работало тракторов на 2,8 тысяч меньше, чем в 2014-м, зерноуборочных комбайнов – почти на 600 меньше, чем в 2014-м, а кормоуборочных комбайнов – на 938 единиц меньше. При этом доля «пожилых» машин старше 10 лет в хозяйствах по-прежнему составляет по комбайнам около 45%, а по тракторам – 61%. В результате обеспеченность, например, тракторами в России на 1000 га пашни сейчас составляет 3,6 и 2,5 единиц соответственно. Это почти вдвое ниже, чем в Казахстане, втрое ниже, чем в Белоруссии, и почти в 8 раз ниже, чем в США.

   В целом для оптимального уровня обеспеченности техникой российским сельхозпроизводителям не хватает 147,5 тысяч тракторов, 74 тысяч зерноуборочных, 20,6 тысяч кормоуборочных и 1 тысячи свеклоуборочных комбайнов. В общем, не хватает «всего-навсего» полутора триллионов рублей – примерно столько стоит этот парк техники.

Сколько производим, сколько покупаем?

   Одновременно наблюдается любопытный факт: статистика производства сельскохозяйственной техники начинает «плавать» в зависимости от источников информации. Видимо, расхождение в цифрах объясняется лоббистскими и политическими устремлениями игроков рынка, экспертов и чиновников, а также нюансами отчётности.

   К примеру, по данным ассоциации «Росагромаш», которые озвучил 3 июня на совещании в Омске её руководитель, владелец компании Ростсельмаш Константин БАБКИН, за первые четыре месяца нынешнего года в России произведен 591 трактор, 1566 зерноуборочных и 136 кормоуборочных комбайнов.«Подобного роста объёмов производства в отрасли не было со сталинских времён!» – заявил Бабкин.

   А уже через три дня на вышеупомянутом минсельхозовском совещании зам. министра промышленности и торговли РФ Александр МОРОЗОВ сообщил, что тракторов выпущено 717 единиц, зерноуборочных комбайнов 1570, а кормоуборочных – 306.

   Ну а по данным аналитической компании «АСМ-холдинг», в России за первый квартал 2016 года произведено 1426 сельскохозяйственных тракторов. Следует отметить, что АСМ в своей статистике учитывает также и «отвёрточную сборку» из тракторокомплектов техники МТЗ и ХТЗ.

   Впрочем, куда более показательны другие цифры, характеризующие непростое состояние отечественного рынка сельхозмашин: в минувшем году почти вдвое обвалилось кредитование аграриев на покупку техники. В 2015 году Россельхозбанк предоставил сельхозпроизводителям кредитов на приобретение техники на сумму 6 миллиардов рублей – на 4,4 миллиарда меньше, чем в 2014 году. За счёт кредитов сельчане приобрели всего 6,2% тракторов и 12% комбайнов.

   Что касается реализации программы господдержки покупки сельхозтехники («постановление 1432») то, по данным на 3 июня, региональными властями зарегистрировано договоров купли-продажи на 10057единиц техники, из них 1203 тракторов, 2800 зерноуборочных и 181 кормоуборочный комбайн. Объём субсидий, положенных к выплате заводам-изготовителям на эту технику, составляет 10,5 миллиардов рублей (кстати, по данным ассоциации «Росагромащ», договоров заключено уже на 12,5 миллиардов). Однако Минсельхозом РФ пока выделено поддержки всего на 2 млрд рублей: просубсидировано производство 716 зерноуборочных комбайнов, 275 тракторов и 8 кормоуборочных комбайнов. Когда заводы получат обещанные премьером Дмитрием МЕДВЕДЕВЫМ дополнительные бюджетные средства в размере 8 миллиардов, и получат ли – никто не знает. По словам Константина Бабкина, «видимо, вновь придётся рисковать, и отпускать технику со скидкой в надежде, что субсидии всё-таки будут».

   Сами же аграрии говорят, что понятие «скидка» в нынешних условиях стало весьма размытым и лукавым: многие производители техники, уже не надеясь на бюджетную поддержку «1432», просто поднимают цену на свою продукцию, а затем рисуют «скидку», чтобы таким образом привлечь покупателей и одновременно подстраховаться на случай неполучения бюджетной поддержки.

   Тем не менее, судя по официальной статистике, предоставляемой местными властями, аграрии, несмотря на усугубляющийся финансовый кризис и резкий взлёт цен, технику покупают, и покупают прилично. Если смотреть на ситуацию в сибирских регионах, то, например, в Новосибирской области по данным на конец апреля, хозяйства с начала года купили 290 единиц техники – почти ровно столько же, сколько и в этот же период прошлого года. Правда, заплатили они на это количество техники более чем вдвое дороже – 720 миллионов рублей (против 311 в прошлом году). Разумеется, импортные машины в этих покупках можно посчитать по пальцам одной руки.

 

Кто более «свой»?

   Весьма насыщенным получилось прошедшее 3 июня в Омске общее собрание главной лоббистской структуры отечественного сельхозмашиностроения – ассоциации «Росагромаш». Руководитель ассоциации Константин Бабкин не только рапортовал о «сталинских» темпах роста производства российских сельхозмашин, но и критиковал чиновников за, по его мнению, поддержку зарубежных производителей техники. Вначале неожиданно досталось «Росагролизингу»: по информации Бабкина, компания регулярно закупает и передаёт российским аграриям в лизинг белорусские комбайны, которые не соответствуют требованиям по локализации производства согласно Постановлению Правительства РФ №719 (речь идёт, разумеется, о комбайнах ПАЛЕССЕ).

   В ответ на это заместитель генерального директора АО «Росагролизинг» Наталья ЗУДИНА парировала, что комбайны эти не белорусские, а вовсе даже брянские, и полностью соответствуют всем требованиям сборки, позволяющим считать их полноценной российской техникой.

   Но главный объект критики со стороны Бабкина – это, конечно же, нашумевший специнвестконтракт, который Минпромторг РФ заключил с немецкой компанией CLAAS, одним из крупнейших в мире производителей сельхозмашин. По условиям договора Claas должен до 2019 года направить 750 млн руб. на увеличение мощностей своего предприятия по выпуску комбайнов в Краснодаре и глубокую локализацию производства. Взамен немцы уже сейчас получают доступ к бюджетным субсидиям по программе «1432» на равных с российскими заводами.

   Председатель «Росагромаша» заявил, что ассоциация выступает против такой политики властей: «Субсидироваться должны не обещания – а реально производимая техника! Не отвёрточная сборка – а реальное полноценное производство в России».

   В свою очередь Наталья Зудина, касаясь темы развития конкурентоспособного сельхозмашиностроения, напомнила, что в России по-прежнему отсутствует производство целых сегментов необходимой аграриям техники и оборудования – например, тракторов малой мощности (до 25 л.с., 25-100 л.с., 100-130 л.с.), специализированных тракторов для садоводства, самоходных свеклокомбайнов, телескопических погрузчиков. А в животноводстве из-за отсутствия отечественных аналогов подавляющая часть оборудования закупается за рубежом.

   Однако, ответил на это Константин Бабкин, в этом году на испытания будут представлены 75 видов новой сельхозтехники российского производства.

   – Поймите, мы стартовали с очень низкой базы: в 90-е российское сельхозмашиностроение как отрасль практически рухнуло. Но мы поднимаемся: осваиваем автоматические трансмиссии, навигационные системы, и даже последний «писк» технического прогресса – интеграцию интеллектуальных систем различных машин в единую систему управления хозяйством.

   Всё это, как напомнил бизнесмен, происходит на фоне общемирового спада продаж сельхозтехники. В США, например, рынок тракторов упал за три года в три раза, комбайнов – почти в два раза. Примерно та же ситуация в ЕС и в Южной Америке. Так что наша российская реанимация машиностроительной отрасли – явление уникальное.

Почему «Кировцы» в дефиците

   Ну а зам. директора по маркетингу Петербургского тракторного завода Андрей ЕФИМОВ объяснялся на собрании в Омске по самому, пожалуй, болезненному для аграриев вопросу технического перевооружения – дефициту тракторов «Кировец».

   Завод завален заказами со всей страны, регионы умоляют увеличить поставки, но пока завод не справляется со спросом. В своём официальном выступлении Ефимов напирал на успехи и перспективы предприятия, а также на новые инновационные модели питерских тракторов, которые вскоре выйдут на российские поля, на радость аграриям. Но в кулуарах, в беседе с корреспондентом ПРЕДСЕДАТЕЛЯ, Ефимов подробно рассказал, что реально сейчас происходит на ПТЗ, и как предприятие собирается выходить из этой ситуации:

   – Петербургский тракторный завод столкнулся с лавинообразным спросом, который на 40% превышает наши производственные возможности: дефицит составляет порядка 800 машин. Положение сложное, но мы постепенно выходим из этого кризиса, – признался зам. директора ПТЗ. – Во-первых, мы составили график отгрузки тракторов с учётом реальной потребности сельхозпроизводителей всей страны, исходя из агрономического фона в регионах и с учётом климатических особенностей, а также из логистики. Ну, например, в Южном федеральном округе трактора для работ по закрытию влаги необходимы уже в июле месяце. А на аналогичные виды работ в Сибири или Казахстане они нужны в сентябре. Во-вторых, мы постоянно отслеживаем, сколько машин реально нужно тому или другому покупателю. Хозяйства заказывают по пять-шесть машин, а выясняется, что на самом деле они могут в этом сезоне обойтись и двумя-тремя. А есть сельхозпроизводители, которым нужен всего один К-744 – но позарез, и прямо сейчас! Поэтому мы работаем индивидуально с каждым, буквально с каждым покупателем.

   – Я хочу подчеркнуть, что мы не позволяем себе никаких субъективных подходов: у нас есть определённый алгоритм работы, – продолжает Андрей Ефимов. – При этом мы прекрасно понимаем, что с аналогичным ажиотажным спросом мы столкнёмся и во второй половине 2016 года. Уверен, что все долги по поставкам тракторов ПТЗ, возникшие за первое полугодие, будут нами закрыты в течение ближайших трёх недель. А это уже не критично. Главный кризис мы пережили. Если в прошлом году ПТЗ выпустил всего 1350 сельскохозяйственных тракторов, то в этом мы намерены произвести не менее двух тысяч.

   По словам Андрея Ефимова, основная головная боль питерских тракторостроителей – это смежники. ПТЗ работает с двумястами двадцатью поставщиками, и не все из них соответствуют производственным задачам, уровню технологий. Поэтому завод вынужден целевым образом работать с поставщиками узлов и агрегатов, «подтягивая» их до своего уровня. Кроме того, зачастую приходится с нуля организовывать производство на некоторых предприятиях.

   – Например, мы за последний год практически воссоздали производство сельскохозяйственных шин для наших тракторов на Алтайском шинном заводе. Когда мы по известным причинам прекратили закупать шины в Днепропетровске, мы столкнулись с тем, что российской шины большого диаметра с адекватным балансом «цена-качество» просто нет! А импортные непозволительно дорогие. И при активной поддержке Минпромторга России ПТЗ возродил производство на Алтае, включая все элементы технологии, оснастки и т.д. И такие примеры не единичны. Вот сейчас занялись производством гидроцилиндров – это тоже сложная проблема. Слишком долго мы «лежали», слишком тяжёлый удар был нанесён по машиностроительной отрасли в 90-е. И подняться, и уж тем более выйти на новые рубежи развития является очень непростой задачей. Но я уверен, что мы её решим. Теперь уже решим.

*****

   Опасения, что рынок сельхозтехники рухнет в связи с валютными скачками и бюджетным кризисом, в большинстве своём не оправдались: крепкие сельхозпроизводители с потерями, но всё-таки пережили ценовой шок 2015 года, и по-прежнему приобретают новую технику. В этой сфере вообще уже несколько лет царит «стабильность», или, иначе говоря, стагнация – ни провалов, ни прорывов. Однако кое-что всё-таки меняется.

   Во-первых, нынешняя финансовая ситуация очень серьёзно изменила «покупательское поведение» фермеров и директоров хозяйств. Сворачивание региональных мер поддержки, а также растущие эксплуатационные расходы заставляют их весьма осторожно проводить техническое перевооружение, и начинать обходиться более «бюджетными» вариантами машин и агрегатов. А значит – более профессионально и тщательно подходить к вопросам агрономических технологий и к наличию в хозяйстве инженерных кадров.

   Во-вторых, отсутствие у многих хозяйств достаточного количества энергонасыщенной техники с каждым годом приводит к всё более тяжёлым последствиям, прежде всего финансовым: например, затягивание сева и уборки становится непозволительной роскошью для большинства аграриев. Уже повсеместно есть примеры, когда потеря большой доли урожая в осеннем ненастье наносит смертельный удар по экономике рядового хозяйства. А значит, техперевооружение становится залогом не то что развития – а элементарного выживания. Сколько сельхозпроизводителей в ближайшие годы навсегда останется «по ту сторону» бизнеса, будучи уже не в силах обновлять парк сельхозмашин – вопрос открытый.

Павел БЕРЕЗИН

 

 

Журнал ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ©

Все права защищены. Перепечатка или использование информации разрешаются только с письменного согласия главного редактора журнала ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Нарушение авторских прав будет преследоваться по закону

Яндекс.Метрика